— Отлично. Объявят. Только мне этого не хватало. Танцовщица фаер-шоу Гуля будет целоваться фиг знает с кем. Круто! — пробормотала Гуля больше себе, чем окружающим. Стоящая рядом девушка рассмеялась.
— Меня зовут Катя. Я тоже обалдела, когда мне Аишка это предложила. Но меня будет целовать мой парень, так что мне не страшно…
— А мне все равно, — подхватила разговор симпатичная брюнетка с большими карими глазами и россыпью мелких веснушек на лице, — кто, что… Я ребенку помогу. Пусть по-дурацки, но Аиша придумала здорово.
— Я бы приплатила, чтобы не целоваться ни с кем, но она не согласилась, — сообщила девушкам Гуля. Смеялись уже вместе.
— Ита-ак! Главная интрига вечера! Поцелуй с незнакомкой! — возвестила Аиша в микрофон. Гуля выглянула из-за сцены: толпа молодых людей придвинулась ближе к сцене. Одного из них ей придется целовать.
— Первая прекрасная девушка! Прошу на сцену!
— Ты — третья, — шепнула Катя Гуле перед своим выходом.
Гуля и брюнетка остались вдвоем, но ненадолго: Катю поцеловали быстро. За брюнетку завязался серьезный бой, и Гуля уже успела понервничать. Ей на сцену выходить не впервые, а уж сколько случалось казусов за ее выступательную карьеру! Но выходить для поцелуя было для Гули в новинку. Стало немного подташнивать, и Гуля в который раз пожалела, что не послала Аишу с ее благотворительностью куда подальше.
— А теперь — третья прекрасная незнакомка! Ждем на сцене!
Сердце сильно застучало, в теле появилась слабость. «Чего ты боишься, Гуля? Вот еще! Можно же в щечку, если все совсем печально будет!»
И Гуля, преодолевая сильнейшее смущение, шагнула на сцену, изо всех сил изображая на лице радость и милую улыбку. Хмурую девушку никто целовать не станет, и Аишка не получит энную сумму денег для больной девочки. А это для нее важно.
— Очаровательная незнакомка! Ну, думаю, эта девушка хорошо известна в определенных кругах. Сегодня она с радостью подарит вам свой поцелуй! Поцелуй от самой горячей — и горящей — девушки нашего города!
Лицо Гули, наверное, в эту минуту окрасилось легким румянцем: она почувствовала, как прилила кровь к щекам. Да уж, Аиша оторвалась на ее имени по полной. Не забыла все-таки, чем занимается соседка.
Гуля устремила взгляд поверх голов, про себя ругаясь на чем свет стоит. Вот, значит, как выглядел невольничий рынок на Руси. Или в Америке.
Гуля оделась не настолько вызывающе, чтобы соответствовать рекламе Аиши. Сарафанчик до коленок оранжевого цвета, босоножки в тон. Коса за спиной, доходящая почти до талии, на лице — только тушь и румяна. Гуля представляла, как парни смотрят на нее и сравнивают пафосное описание Аиши со стоящей на сцене скромницей Гулей.
Это несоответствие вызвало веселую улыбку на губах. Давайте, мальчики, вперед. Кто поцелует вроде бы разрекламированную, но такую обычную девушку?
Кто-нибудь да поцелует, Гуля была уверена. В толпе полно меценатов, которые пришли помочь ребенку по личной просьбе Аиши, и поцеловать Гулю для них — не главное. Так, для галочки…
— Ну, начнем…
Несколько неуверенных ставок, молчание. Гуля пошаркала ножкой, глядя в пол. Ну что вы там копошитесь, отдайте Аишке деньги, целуйте меня в щечку, и разойдемся с миром…
И вдруг до боли знакомый голос назвал сумму, которая напрочь перекрыла все ставки.
— Антон, просим на сцену!
Гуля растерянно моргала, пока глядела, как на сцену взлетает Антон. Воздуха вдруг резко стало не хватать, жар волной прошелся по телу — от макушки до кончиков пальцев. Гуля сцепила пальцы в замок, потом одернула платье, следом — пригладила волосы.
«Успокойся, Гульмира! Антон — не худший вариант для поцелуя».
Гуля немного пришла в себя за то время, пока тот засовывал обещанную сумму в коробочку с прорезью, которую держала Аиша.
И смогла гневно посмотреть на подходящего Антона, белозубо улыбающегося во весь рот.
— Привет, Гуль. Как дела? Как обычно, выступаем?
— В щечку целуй скорей! — прошипела Гуля, привычно прищурив глаза, — Надоело тут как дуре стоять! В жизни не соглашусь больше так выступать!!!
Антон хохотнул и, наклонившись, прикоснулся губами к щеке Гули. Она зажмурилась, стараясь не двигаться и не дышать. Горячие губы Антона не спеша запечатлели поцелуй на ее щеке. Он отстранился, и только тогда Гуля смогла выдохнуть и открыть глаза.
В толпе раздались протестующие крики:
— Антон, это что такое! Детский сад!
— Два фаерщика стоят на сцене, а целуются как малолетки! Ну-ка, ребята, зажгите!
— Антон, жги! Гуля, жги!
— Слишишь, Гуля! Зрители требуют погорячее! — насмешливо сказал Антон, разглядывая Гулино лицо.
— Да мне плевать, что они там требуют. Пошла я отсюда…