Радуги плясали над шпилем башни, разрывая свинцовые тучи. Аида неторопливо шла по дорожкам каменного сада, равнодушно взирая на привычный мир. Иногда богиня останавливалась, подставляла ладонь и принимала в неё очередной разноцветный солар. Задумчиво крутила его в руках, вслушиваясь в его биение, а затем или возвращала на место, в каменную россыпь, или же, легонько дохнув на него, сжимала в пальцах, растирая в крошку. Пыль оседала на тропинку, а в одной из Граней в женском теле зарождалась новая жизнь.
Еще один камушек вернулся на клумбу, еще одно перерождение не состоялось. Аида щелкнула пальцами и новый солар неторопливо поплыл к божественной матери Миров. В момент, когда богиня замерла, вслушиваясь в шёпот солара, над шпилем башни громыхнула молния. Женщина поморщилась, раздражённо дёрнула плечом, поднесла разноцветную каплю ближе и клонила голову, вслушиваясь в тихую песнь.
В какой-то миг прекрасное лицо исказила ярость, богиня собралась швырнуть камень обратно, но не рассчитала собственную силу и слишком крепко сжала кулак. Солар разноцветной пылью осыпался к божественным стопам. Аида в бешенстве топнула ногой и в этот момент еще один камушек, случайно сорвавшись с пригорка, попал под женскую пятку. Раздался тихий «клак», и чья-то душа отправилась в новую Грань.
Богиня резко взвилась вверх разъяренной радужной змеей и понеслась над каменной планетой. Радуги превратились в молнии и вспарывали фиолетово-серые тяжелые тучи. Тонкий шпиль раскалился до красна и пылал, озаряя башню кровавыми всполохами.
Все шло не по плану. И возрождение одной из Танцующих-На-Гранях стало неприятной неожиданностью. Давным-давно Огненные Дикие перестали плясать, сплетая нити Миров в ленты спасения.
Она, Аида Ведо, сделала всё, чтобы одаренные Мглой перестали слушать и слышать сердце Мира. Только она одна могла спасать и миловать, дышать в такт с той, кто подарил жизнь Белому Змею. Той, которая ей не доверяла настолько, что оставила веретено сыну, тогда как в нём изначально сокрыто женское начало.
Радужная змея вернулась, неся на хвосте ливень. Крупные капли забарабанили по каменному саду, очищая и насыщая жизнью. Молнии-радуги над шпилем устало затанцевали последние па. Тучи утробно вздохнули, расступаясь и пропуская золотисто-розовые лучи светила.
Аида Ведо стремительно скользнула вниз по черной полировке башни, нырнула в окно и вздрогнула, обнаружив в кресле незваного гостя.
– Не звала, – рыкнула богиня, меняя ипостась.
Разноцветная змеиная шкурка стекла к ногам, обнажаю смуглое стройное тело. Вокруг ног божества закружился вихрь и спустя мгновение Аида, облаченная в белоснежную короткую тунику, рухнула в соседнее кресло. Но ярость всё еще бурлила в крови, божественной интриганке все никак не удавалось взять себя в руки. От этого прекрасное лицо менялось ежесекундно, вызывая у собеседника одновременно с легкой усмешкой тошноту.
Тысячи и тысячи женских ликов проносились перед его глазами. Молодые, старые, детские, уродливые и прекрасные – все они, меняя друг друга, не успевали полностью отразиться, оттого Аида Ведо выглядела как никогда древней и старой до ужаса. Даже он, повидавшей на своём веку немало, содрогнулся внутри, не показывая вида.
– Вина? – легко поднявшись, поинтересовался у божества, взявшего себя в руки.
– Зачем пришёл? – Аида полыхнула глазами.
– А не вернуть ли зверя из его спячки? – протягивая вино праматери миров, задумчиво поинтересовался гость.
Аида Ведо приняла бокал и улыбнулась.
Со шпиля башни сорвались радуги и понесли по мирам дожди и вести.
До Ночи полной Радуги оставался один шаг.
