Танцующая с бурей полностью

Обычным…

– Значит, ты был на палубе до крушения. Что произошло?

– Я не мог рисковать, чтобы меня увидели. Поэтому я спрятался и ждал, когда все уйдут с палубы. Но тут ударила молния, и на палубу выбежала вся команда. Мне пришлось ждать, пока они не покинут корабль.

– Ты видел, что случилось со спасательной шлюпкой? С моим отцом?

Он покачал головой.

– Когда я услышал, как отшвартовывается шлюпка, я уже был под палубой, надевал свою кожу. Горы были совсем близко. Я едва успел покинуть корабль до удара.

– Неужели лучше было погибнуть, но не выходить к людям? – Юкико подняла бровь.

– В моих двигателях чи хватает на двадцать минут полета.

– А если бы ты вовремя не добрался до костюма? Ты бы сгорел.

Он пожал плечами.

– Погибнуть в крушении было бы для меня счастьем по сравнению с наказанием, которому подвергла бы меня Гильдия, если бы они узнали, что я выходил без кожи на публику. Есть вещи хуже смерти.

– Без кожи? Что ты имеешь в виду?

– Кожей мы называем вот это, – он постучал пальцами по скафандру. – Наша кожа. Чистильщики говорят, что плоть под ней – лишь иллюзия. Ущербная и бессильная.

– Это смешно.

– Это догма Гильдии, – он снова пожал плечами. – Кожа крепка. Плоть слаба. – Он коснулся лба двумя пальцами. – Лотос должен цвести.

ХВАТИТЬ БОЛТАТЬ. ОТОЙДИ В СТОРОНУ. Я РАЗДЕЛАЮСЬ С НИМ.

Буруу шагнул вперед и глухо зарычал. Юкико посмотрела на него через плечо, не двигаясь с места.

Мы не можем просто взять и убить его.

АГА. ЗНАЧИТ, ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ОН УМЕР ОТ ГОЛОДА. МЕДЛЕННО И МУЧИТЕЛЬНО. ГОДИТСЯ.

Нет, я думаю, что мы должны взять его с собой.

Буруу моргнул, склонив голову набок.

ЧТОБЫ СЪЕСТЬ?

Ты что? Нет! Я имею в виду, мы должны помочь ему.

…НЕТ.

Почему нет?

РАСХИТИТЕЛЬ. ПАРАЗИТ. ЕГО ПЛЕМЯ УНИЧТОЖИЛО СИНЕЕ НЕБО. БЕСЧИСЛЕННОЕ КОЛИЧЕСТВО ЖИВОТНЫХ. БЕСЧИСЛЕННОЕ КОЛИЧЕСТВО ЖИЗНЕЙ. ТОЛЬКО ИЗ ЖАДНОСТИ.

Если ты убьешь его, чем ты лучше них? Ты тоже станешь убийцей. И если мы оставим его здесь, он рано или поздно погибнет.

Кин смотрел то на одного, то на другого и хмурился.

Пожалуйста, Буруу. Хотя бы на время?

С досады Буруу опять зарычал, но все же наконец отступил, развернулся и запрыгнул на соседний кедр. Он пристроился в тени листвы и сердито смотрел на гильдийца, царапая ветви когтями. И ждал. Терпеливо, как кошка.

– Он великолепен, – Кин кивнул головой в сторону арашиторы.

– Боюсь, что ты ему не нравишься, – Юкико улыбнулась, извиняясь.

– А мы не верили, что они существуют. Мы думали, что Йоритомо окончательно сошел с ума, и этот квест закончится неудачей и публичным позором, – он снова качнул головой. – Представляете, как он обрадуется, когда ты доставишь ему такой подарок. – Он посмотрел на нее, сверкая глазами. – Ты будешь богиней. Сможешь попросить все, что захочешь, и он даст.

Она встала, сложив руки на груди, чувствуя себя неловко под его взглядом.

– Ты сможешь залезть на дерево в этом костюме? Спать на земле небезопасно.

– Хай, я могу лазить по деревьям.

– Мы отправимся на рассвете. Мы хотим пойти на юг, к Йаме.

– Как скажешь.

– Ну, тогда… Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Юкико-чан.

Она развернулась, проскользнула через заросли, взобралась на дерево к Буруу и прижалась к нему. Он заботливо прикрыл ее крылом. Они смотрели, как Кин снова надевает свой инсектоидный шлем, закручивая болты и переключая рычаги на запястье. Спирали труб на его спине, взревев, заработали, выплевывая ярко-синие языки пламени, поднимая его вверх, в ветви древнего клена. Он лег среди ветвей, закрепив себя стальным тросом из капсулы на бедре. Розы, мимо которых он пролетел, почернели и сникли от выхлопных газов лотоса.

Буруу рыкнул, глядя на увядшие, уничтоженные цветы.

РАСХИТИТЕЛЬ. ОНИ УНИЧТОЖАЮТ ВСЕ, К ЧЕМУ ПРИКАСАЮТСЯ.

Юкико смотрела на силуэт с заводным механизмом. Из разорванного металла летели прерывистые синие искры. Кроваво-красный прямоугольник светился, как око голодного призрака. Голодного волка, спускающегося зимой с горы. Она помотала головой, стараясь выбросить из головы странные фантазии.

Но уснула она не скоро.

Буря бушевала всю ночь.