— Тьма! — резко отскочив назад, прижимая к телу руку, полыхающую адской болью, я обессилено прислонилась к стене, точно бы оказавшись на полу, однако третий мужчина успел вовремя подхватить меня на руки. — Что это такое?
Почувствовав под собой мягкость кресла, я притянула к себе колени, сжавшись в комочек, изо всех сил стараясь, молча переждать приступ боли. Но она казалась бесконечной. С каждой секундой рука горела все сильнее, заставляя до крови закусить губу. Будто издалека доносились голоса мужчин, но я их даже не замечала, полностью отстранившись от всего происходящего.
Внезапно что-то изменилось. Открыв глаза, я наткнулась на обеспокоенный взгляд ярко-синих глаз с необычными зрачками, имеющими форму звезды.
— Не плачь, — малышка залезла ко мне на руки, вытирая слезы маленькими ладошками. Странно, а я и не заметила, что они катятся по моим щекам. — Прости меня, я не хотела сделать тебе больно, — удивительные глазки закрылись, а девочка вздохнула, свернувшись, будто котенок, у меня на груди.
Боль тут же спала, а малышку начала бить сильная дрожь. Посмотрев на застывших мужчин, настороженно разглядывающих меня с разных сторон, я повернулась к тому, кто до сих пор не представился.
— Что с ней такое, Дарракши-Лан?
— Значит, догадалась, — мужчина усмехнулся.
— Я всегда все схватывала на лету, — пожав плечами, я дотянулась до пледа, лежащего на соседнем кресле, и завернула в него ребенка. — Так что с ней такое? Почему ей были так необходимы жизни других людей?
— Почему? Но мы, же Пьющие Жизнь, разве может кто-нибудь из нас обходиться без простых убийств? Просто так, ради развлечения, — он презрительно посмотрел на меня, будто пытаясь убедить в том, что только что сказал.
— Я никогда так не считала, иначе бы поехала с новостью о деревне сразу же к правителю, а не наставнику. Хотя, — усмехнувшись, я перевела взгляд на Ронуэрта. — Оказывается, он и сам уже давно обо всем знал.
— Знать обо всем, что происходит в мире, моя обязанность, Чувствующая, — правитель все также задумчиво смотрел на меня с малышкой на руках. — Так что ты намеревалась делать после того, как поведала бы все Грейгору, девочка?
— Ничего особенного, — я отвела взгляд, не в силах выдержать столь пристальное внимание мужчины. Только теперь я поняла, почему именно его гильдия является правящей: смотря в серые холодные глаза, которые, казалось бы, заглядывают в душу, невозможно было даже подумать о неподчинении или лжи. — Я собиралась отправиться к их правителю.
— Правителю? — Пьющий Жизнь поддался вперед, ошарашено меня рассматривая.
— Чокнутая! — наставник в сердцах взмахнул руками.
— А что случилось? Может мне все-таки кто-нибудь это объяснит? И вообще, — я нахмурилась, одаривая мужчин возмущенным взглядом. — Прекратите так на меня смотреть!
— Грейгор, ты уверен, что в детстве эту милую леди не били головой об стол?
— Знаешь, Селиэр, я уже ни в чем не уверен, — мужчина скептически приподнял бровь, качая головой. — Эль, ты хоть понимаешь, что могли бы с тобой в столице Дарракши-Лан, если бы ты приехала туда одна и без сопровождающих? Где ты потеряла свои мозги, девочка?!
— На дорогах мира, — я лишь усмехнулась, наблюдая, как он теряет весь свой пыл. Именно Грейгор наставил меня на путь странницы, все время, переживая по этому поводу, так как только потом понял, насколько опасно Чувствующей в пути. — Прекрати, наставник, ты прекрасно меня знаешь, я никогда бы так не рискнула жизнью. Во-первых, о моем решении знал бы ты, после чего, а это уже, во-вторых, я просто уверена, что ты поставил бы в известность правителя, естественно, не придавая событие огласке. И, в-третьих, я никогда не верила в кровожадность Дарракши-Лан, это высшая нечисть, а, значит, они ничем кроме силы от нас не отличаются.
— Сейчас другая ситуация, Эль.
— Может, прекратишь ходить вокруг да около, и все расскажешь? — я тяжело вздохнула.
— Я не уверен…
— Селиэр, мне кажется, эта девочка именно то, что вам было нужно, — правитель повернулся к Дарракши-Лан. — Ты же видишь, что рядом с ней малышке становится лучше, да и, насколько мне известно, Рианоэль всегда отличалась силой от своей Гильдии.
— Она еще слишком юна! — Селиэр упрямо поджал губы.
— Не скажи, — Ронуэрт перевел взгляд на меня. — Сколько тебе лет, Чувствующая?
— Сто пять, — я растеряно обвела взглядом мужчин. — Но почему это так важно?
— Все равно! Она не воин, а нам нужен не только целитель, — Селиэр гневно посмотрел на правителя. — Я не собираюсь отвечать за ее смерть перед людьми.
— Она как раз таки не просто целитель, — наставник грустно усмехнулся. — Чувствующая с силой Воина.
— Но как? Этого просто не может быть!
— Должно быть, все дело в ее родителях, — правитель откинулся на спинку кресла, задумчиво наблюдая за игрой дождя на улице, сквозь открытое окно. Надо же, а я совсем его не заметила…
— Родителях? Вы их знали?!
