– А ты реально могла бы ему навредить? – девчонка замерла в ожидании ответа.
Какая любопытная!.. Мечтает утопить шефа или шпионит для него?
– Навредить? – усмехнулась я. – Да я смогу его по ветру развеять, если мне будет надо. Но мне не надо.
Римма остаётся для меня по-прежнему тёмной лошадкой, поэтому предпочтительнее, чтобы и дальше она продолжала меня опасаться.
– А мне надо, – очень тихо, но яростно прошептала правая рука Соколова.
Но в этот момент завибрировал мой мобильник, и снова это оказался Влад. Ещё пару часов назад я отправила ему сообщение, что задержусь и позвоню, как только освобожусь. Но теперь думаю, что зря я пообещала ему сегодняшнюю ночь. В очередной раз проигнорировав вызов, я подняла глаза на пьяную Римму – совершенно косая. Из двенадцати шотов она ухитрилась проглотить восемь, и только что официантка поставила перед нами новый комплект из шести наполненных рюмочек.
– Диана, я хочу выпить за твою невероятную силу и красоту, – громко и торжественно провозгласила Риммочка, поднимая рюмку.
Я кивнула, поддерживая правильный тост, влила в себя очередную дозу алкоголя, а затем равнодушно заметила:
– Ты бы не увлекалась так, девочка.
– А-а!.. – махнув рукой, она поморщилась и опрокинула в себя коктейль. – Да какая я, на хрен, девочка, Диан? Я же грязная продажная девка! Уже три года меня трахает во все отверстия этот вонючий жирный боров, а я всё продолжаю порхать, как бабочка, и делаю вид, что счастье есть, – с горьким смешком выплеснула девчонка, а на её глазах снова проступили слёзы.
– Разве не тебе решать судьбу твоих отверстий? – поинтересовалась я, даже не собираясь ей сочувствовать.
– Уже не мне, – обречённо шепнула Римма. – Три года назад я приняла неправильное решение и теперь на крючке у Соколова. – Она опрокинула в себя очередную стопку и добавила: – Я привязана контрактом.
– И что это за хитрый контракт, который открывает все твои двери? – спрашиваю с раздражением и попутно размышляю, как буду выводить отсюда эту пьянчугу. И ведь она даже не думает прекращать возлияния.
– Этот грёбаный контракт уничтожил мою грёбаную жизнь, – жестко рявкнула ещё недавно такая нежная и очаровательная девочка. И заплетающимся языком, совершенно не стесняясь в выражениях, она поведала мне свою дикую историю.
Чуть больше трёх лет назад Лика, старшая сестра Риммы, попала в серьёзную аварию, в результате которой стала инвалидом и в одночасье потеряла мужа. Дочка Лики на тот момент только пошла в первый класс. Римминой матери пришлось рассчитаться с работы для ухода за старшей дочерью и присмотра за внучкой. Римма тогда училась в МЭСИ* на втором курсе экономического факультета. У неё был любимый парень, море планов на будущее и весёлая студенческая жизнь. Авария изменила всё.
Лика со съёмной московской квартиры переехала к маме в Мытищи, а Римма была вынуждена срочно переводиться на заочное отделение и искать работу. Очередное собеседование привело её к Соколову, который сразу оценил внешние данные соискательницы и, не сильно заморачиваясь по поводу профпригодности, взял её своей помощницей на испытательный срок. Римма, отчаянно нуждавшаяся в работе, из кожи вон лезла, чтобы быть полезной, чтобы стать для шефа необходимой и даже незаменимой. Соколов это быстро разглядел и оценил, а уж когда выяснил все трагические подробности, заставившие девушку искать работу, он выступил благодетелем и спасителем.
Шеф занял ей необходимую сумму на сложную операцию на позвоночнике для сестры, снял для своей юной помощницы уютную однокомнатную квартиру и назначил более чем достойный оклад. Римма просто поверить не могла своему счастью. Поэтому, когда великодушный начальник подсунул ей контракт, по условиям которого она была обязана отработать пять лет на Соколова, чтобы покрыть долг за операцию, она подписала его, не задумываясь. Конечно, она не была полной дурочкой, чтобы не глядя подписывать документ, и прочитала его предварительно.
В контракте были чётко прописаны оклад, премиальные и отпускные. Ещё были указаны дополнительные бонусы в виде предоставления жилья на весь период работы, финансирования на медицинское обслуживание и абонемент в фитнес-центр. Поддержание необходимого дресс-кода так же финансировалось компанией. Да это была просто невероятная, сказочная удача.
Слегка испугала астрономическая сумма неустойки в случае увольнения по собственному желанию либо за профнепригодность. Но ведь свою профпригодность она уже доказала, а по собственному желанию с такой работы может уйти только идиотка. Да она и десять лет готова отрабатывать на таких условиях. Правда, смутила ещё пятидесятичасовая рабочая неделя. Но Соколов её успокоил, заявив, что иногда ей придётся ездить с ним в деловые поездки, и он подстраховался, чтобы она потом не требовала дополнительную компенсацию за переработки. Такое недоверие показалось оскорбительным, но благодарная девочка нашла для доброго дяди оправдание. А с учёбой она как-нибудь справится.
