Ардагар поднял руку. Зал волной стих. И он обратился к нирхам с громоподобной речью. Его глаза горели, и кожа мерцала красным пламенем. Некоторые его фразы сопровождались кровожадным улюлюканием со всех трибун разом, другие зловещим рычанием, третьи ядовитым шипением…
По спине прошла ледяная испарина от первого же этого их — «ШШШ….»
Неожиданно в голове включился перевод! В голосе переводчика я узнала Нимнаса!
Речь Ардагара имела следующее содержание:
— Много боли, много надежд…Жизнь в страхе, удел слабых! Но это не про нас! Только одно важно для нирхов!
Мы знаем, зачем пришли! Мы знаем, откуда мы! Не забудем свое предназначение ни в кровавом угаре! Ни в огне, сгорая в прах!
Много боли! Много надежд! Смерть же одна! И она кружится с нами рядом! Сильный воин протянет ей руку! Уловив отзвуки приближающейся битвы! …
Уже затекает зной в вены! Подбирается холод к костям! Трудно выдержать гниение? Трудно выдержать тьму?
Вздор! Воскресим в душах ХОЛОД!! И тлен станет приятен!
Мы едины в боли! Едины в устремлениях! Нам нужна одна лишь СМЕРТЬ! (Де кара дер РА!))
Вконце он всплеском рук представил Шидаров и выкрикнул:
— Вайш Ра, Шидары Адалиса!
И зрители взорвались. Воины вздымали в воздух сжатые в кулаки ладони и повторяли:
— РА! РА! РА!(Смерть! Смерть! Смерть!).
Я вытерла холодный пот со лба. И стала греть озябшие ладони.
Шидары вернулись на свои места. Ардагар опустился на трон, все еще полыхая адалой. Сцена дрогнула и вдруг начала уходить одной стороной вверх, а другой проваливаться вниз. Как-будто переворачивается гигантская крышка. Кровавое месево потекло в разверзнутую щель, откуда рвались длинные языки пламени….
Вскоре, совершив оборот, арена предстала перед нами белой и сверкающей стороной. На нее опустились струи жидкого огня. И она еще более преобразилась — вся позолотилась и посеребрилась.
Очень удобно. Уборку делать не надо….
Нервная шутка ничем, увы, мне не помогла.
Я не могла прийти в себя. И еще была в глубоком шоковом состоянии, когда зал заполнили музыканты и танцовщицы.
Красноокая сразу, как Повелитель вернулся, обвила его ногу.
Вначале второго танца Ардагар взял ее за подородок и наклонился к ней, говоря что-то ласковое. Лаяна сразу просияла такой лучезарной улыбкой, словно он ей признался в любви до гроба и назначил единственной женой.
Я глубоко вдохнула, чуть не плача. Блондинка же спустилась по ступеням и как только ее стопа коснулась края арены, музыка стихла, и танцовщицы расступились, освобождая ей просторный участок сцены. На трибунах стихли разговоры и удары кубков о камень. Девушка повернулась к нам, расправляя подол платья, и распахнула ресницы, бросая на Повелителя взгляд полный страсти. Музыканты заиграли мелодичную музыку, дополненную боем барабанов. И лаяна стала исполнять мистический танец! Ее руки создавали красные искорки, огненные дорожки и ступни рождали золотые ручьи и вспышки. Она управляла всеми своими огоньками, вплетая их в свой удивительный танец. А в какой-то момент она предстала горящей в Огне! Ее руки манящще тянулись к Ардагару. Полуопущенные ресницы, нежные взгляды, плавные, изящные движения с долей соблазна не могли не восхищать! Она была похожа на прекрасную волшебницу!
«Нарок научит тебя танцевать, используя адалу, Ная. Я хочу увидеть твой танец, уже на следующем празднике»
Голос повелителя в голове заставил меня вздрогнуть.
К стыду, я совершенно не умела танцевать. Могла исполнить разве, что… медляк. Да и то коряво..
Лаяна завершив танец, поклонилась. Зал прошелестел что-то вроде — «УУУШШ». Ардагар кивнул ей и протянул руку, приглашая подняться к нему.
Блондинка подплыла к трону, опустилась перед Повелителем на колени. Он снял один из своих браслетов и вложил ей в ладони. Зал застучал по перилам. Но не так оглушительно, как во время битв.
Наверно это у них аплодисменты так выглядят, решила я…
Лаяна заняла свое место. Ардагар нежно провел по ее щеке рукой, говоря что-то. Блондинка кивнула и вновь прильнула к его ногам. А меня опять уколола ревность.
— А какими талантами обладают женщины на твоей планете? — Спросил меня вдруг Ардагар, уже поворачиваясь ко мне.
И потянулся, чтобы вновь усадить на свои колени. Ласково произнес:
— Иди ко мне, моя девочка.
С пола он прихватил одновременно и кубок с аитрой. И поднес мне к губам. Напоил.
— Ну, так какими же? — повторил Повелитель свой вопрос.
Я почувствовала головокружение. Кажется, я стремительно пьянела.
Успела лишь подумать: «Что они сегодня намешали в эту их аитру!», перед тем как все изменилось.
В зале начало становиться ярче и одновременно арена с участниками представления, и ряды зрителей слились воедино в разноцветный сверкающий узор. На секунду мне показалось, что я лечу по радуге. Но быстро вернулось всё на свои места.
Однако всё уже было не так, как раньше.
Люди и демоны неожиданно стали мне казаться очень хорошими товарищами и сородичами. Словно меня окружали родные братья и сестры. Даже Нарр показался мне… интересным мужчиной. Его шевялящиеся волосы и узоры меня больше не пугали.