Амана Ардагара затопила тьмой закатный свет светил. За пределами Эрба закрутилась яркая битва ардагарцев с оставшимися отчаянными воительницами и их обречёнными союзниками. Ары непокорных разрывались, создавая невероятное буйство красок на чернильном холсте неба, а затем рассыпались в клочья пенного пепла. Сверкали слепящие глаза плазменные вспышки. Сетки тералитов, заряженные адалой, прожигали атмосферу, оставляя за собой поля чёрных дыр.
Ну что же.
Натага и Маюра не поддержали бунтовщиков. А значит смотреть дальше нечего. История нирхарани окончена…
В это время в другой части планеты огромным черно-алым адским моллюском медленно стелилась еще одна амана. Гаруны смотрели на нее, поднимая наполненные неописуемым ужасом глаза. Некоторые падали в страхе на колени и начинали молиться, вознося руки к небу. Некоторые обезумев выли. Некоторые в страшной панике метались, хватаясь за головы…
Это летела Карва-амана.
Глава 13 Темная река
{Марна}
Я наблюдал за ходом сражения. Все шло по плану! Подмога Арду не понадобится.
Вспышки синего света неожиданно окутали тело моей краснопёрой птицы. Я услышал пронзительный, хрустальный, как будто бокал треснул, голос в сознание.
— Что же ты терзаешь людей понапрасну, Шидар Марна? — произнесла гневно Омена.
— Я никого не трогаю, — ответил я королеве. — Иди, спокойно пей дальше свою слащавую сому.
— По договору твоей Аманы не должно быть в небе без важных причин! Тем более так низко!
Амана достигла одним краем волн Монаса и плавно начала входить в его вздымающиеся воды. Океан проглатывал черноту, слизывая длинными темно — синими языками клубящуюся тьму Карвы с небосвода, кусок за куском.
Процесс занял всего несколько секунд.
Небо над океаном просветлело и заискрилось радужными веселыми бликами. Словно ничего и не было. И я ответил ини:
— Королева ини… Омена…Мейна…Птичка сладкоголосая … Вот скажи мне. Что за настырность? Что за привычка всюду соваться? Ведь ты же допорхаешься.
— Я обязана защищать своих преданных! Их ужас сотрясает небеса! Их страдания превышают все возможные меры!
Я нахмурил брови и перекрыл связь.
Не понимаю я эту Мэйну! Как Ардагар с ней находит общий язык?!
О чем она вообще сейчас мне сказала? Вот о чем? Какая мера? У страдания нет никакой меры! Поджаривает нещадно, пока не прогорят все желания и пока не выкуется крепкий меч…Разве это плохо?! Богине- нимфе следовало бы знать, что одаривать воплощённый сброд приторной жалостью гораздо хуже, нежели любыми мучениями… Хотя что с этих низкосортных людишек взять. Чрезвычайно слабы и примитивны. Им даже нужду справлять иной раз больно. Вот они и боятся всего, пока не помрут.
Я уже шел по коридорам Рамнэша. Дамгар ждал меня у врат в нижние миры. Шайдар поклонился издалека, приветствуя.
— Что там наш женский род? — спросил я его на ходу.
— Род сильно возмущался… Пришлось Шидарну хорошенько поучить правилам поведения в нашей обители.
— Хорошо.
Дальше мы с Шайдаром шли вместе. Миновали проход к океану. Прошли многочисленные гьяли. Спустились по тоннелю, соединяющего нижний уровень с подземным. И вошли во врата, ведущие в бесконечные подземные дорги.
Приятные запахи крови, сырого камня, мокрой пыли ударили в нос. Я глубоко втянул воздух с наслаждением. Слышались стоны и протяжные завывания.
Скоро мы повернули в нужный коридор, ведущий в просторный дорг. Там на каменной стене в полумраке была распластанна пленница. Руки и ноги широко разведены и туго обвиты варрами.
Я оглядел внимательно Рухану. Она была без сознания.
Сопротивлялась значит, говоришь… Думала, что очень сильная…
Но Дамгар оказался, как видно, сильнее. Я усмехнулся.
— Славно ты ее поучил.
На ней не было живого места. Дамгар ехидно скривил рот.
— Не насиловать только! Пусть наберётся сил. Позже ее допрошу…
Я решил пойти в свои гьяли.
Мне было не по себе… Что-то мешало сосредоточиться на делах.
— Докладывай! — приказал я своему Шайдару, выходя из тюремной ячейки.
— Нимнас…
— Без Нимнаса! — отмахнулся я от его слова.
Шайдар прочистил горло и начал заново:
— Ночь была сегодня спокойной. Утром несколько гдумпов были замечены у подножья Рамнэша. Мы их перестреляли как букашек. Утром ини спускались в тала-ды. Им мы не стали мешать. Они…
— В замке что?
— Ни…эээ. нам… — Дамгар покосился на меня, определяя мое состояние. — Нам запретили ходить по центральным гьяли. Приказали убрать дозорных даже с центральных площадей. А также мы получили строгое указание не приближаться к новой лаяне ближе, чем на двести метров. До второй луны.
У меня на секунду сжались кулаки…Но я сдержанно спросил:
— Ясно. И что лаяна? С кем она сейчас?
— Я видел, как рано утром ее перенесли в центральные северные гьяли. Ей будут служить две особые юми. Их..
— Их, Дамгар, ко мне! И поскорее! — рявкнул я Шайдару.
— Гья, Марна!
За разговором мы подошли к выходу из подземного мира.
Дамгар поклонился мне вслед.
Я вновь оставил дорги на него. И погрузился полностью в мысли о прекрасной пришелице.
Значит Ардагар приказал заботиться о новой лаяне самому Нимнасу…Даже так…
В своих гьяли я развалился в кресле. Сложил замок из рук за головой и закрыл глаза.
