– Вот к чему приводит ложь. Эта безобидная выдумка еще доставит нам немало бед. – Она выпрямилась. – Нет, никуда мы не пойдем, Натан. Рано или поздно тайна все равно будет раскрыта.
– Когда?
Сюзанна подтянула колени к груди, поежившись от прикосновения мокрой ткани. Непослушными пальцами она вытащила из волос шпильки и распустила влажные пряди по плечам.
– Когда же? – повторил он. – Когда вернется твой настоящий муж, Сюзанна?
Она почувствовала, как тошнота подступила к горлу, а ноги стали словно ватные. Натан заслуживал посвящения в ее тайну – но только отчасти.
– Мой муж… мертв.
Натан взял ее за руку, но Сюзанна отпрянула.
– Расскажи об этом, Сюзанна.
Она пожала плечами и попыталась усмехнуться, но смех вышел натянутым и хриплым.
– Мне нечего рассказывать. Он умер шесть месяцев назад. Я… решила найти место, в котором меня не мучили бы воспоминания о нашей жизни. – Она говорила правду, но надеялась, что Натан поймет ее слова иначе, сделает вывод, что она так сильно тосковала по Харлену, что была вынуждена… Господи, как ненавистны ей воспоминания о совершенном преступлении!
– Тогда почему же ты солгала, Сюзанна? Она обняла колени одной рукой, прижимая их к груди, пытаясь сдержать бешено колотящееся сердце, а свободной рукой принялась распутывать волосы, чтобы просушить их под солнцем.
– Я не хотела, чтобы люди тревожили меня.
– Люди?
Она пожала плечами и виновато улыбнулась.
– Точнее, мужчины. Считая, что я жду возвращения мужа, они не трогали бы меня.
– Потому, что ты была бы недоступна, – он помедлил, – в отличие от вдовы.
Ее охватило облегчение – Натана удалось убедить!
– Вот именно. – Сюзанна увидела, что Кори заснул.
– Как же ты хочешь поступить с приглашением на праздник, Сюзанна?
Она снова подняла лицо к небу, и влажные, тяжелые волосы рассыпались по спине. Солнечные лучи пробивались сквозь крону дерева.
– Не знаю.
– Если хочешь, я могу уехать – будто меня вызвали по срочному делу, – предложил он.
Мысль об отъезде Натана наполнила ее сердце печалью и страхом. Она покачала головой, зная, что никогда не захочет отпустить Натана насовсем.
– Это спасет нас только от танцев. Люди по-прежнему будут считать, что ты… – Она вдруг осеклась и зажала рот ладонью.
– В чем дело?
Сюзанна уставилась на него широко открытыми глазами.
– В Энджелс-Вэлли есть два человека, которые знают, что ты мне не муж.
Натан прищурился:
– Кто второй, кроме Клегга?
– Кито, кузнец.
– Я ничего не говорил ему, объяснил только, что остановился в городе проездом, Не может быть, чтобы…
– Ты тут ни при чем. В тот день, когда ты избавил меня от Эли, Кито подвозил нас с Кори домой. Я спросила у него, разговаривал ли ты с ним, сказал ли, кто ты такой и зачем приехал в город. – Сюзанна с досадой покачала головой: – Он все поймет, Натан.
Натан коснулся ее волос и принялся осторожно распутывать их пальцами. Она вздрогнула, но не отстранилась.
– Но кто поверит слову чернокожего и пьяницы?
Сюзанна нахмурилась.
– Кито – замечательный человек.
– Я не спорю, Сюзанна, но на его слова, вероятно, обратят не больше внимания, чем на выдумки Клегга.
Сюзанна поняла, что Натан прав.
– К тому же Кито вряд ли станет болтать. Он мой друг.
– А Клегга никто не станет слушать, верно? Она кивнула и вздохнула, не в силах избавиться от беспокойства.
– «Какую паутину мы сплели…» – Голос Натана поразил своей необычностью.
– Откуда это?
– Из Шекспира, – неловко признался он. – Дальше не помню, кажется, что-то вроде «с тех пор, как в первый раз прибегли ко лжи».
Только теперь Сюзанна поняла, как мало знает о нем. Подумать только – он читал Шекспира! Разумеется, Сюзанна тоже слышала о нем, но видела в жизни только маленькие труппы циркачей, да и то, когда ей удавалось ускользнуть от бдительного надзора Ма Уокер. А после смерти Ма Уокер… Харлен не спускал с нее глаз, не говоря уж о том, чтобы куда-нибудь отпустить. И все-таки Сюзанна научилась читать. Луиза, добрая душа, многое переняла от прежнего хозяина и обучила Сюзанну всему, что знала сама. Но на столь сложные предметы, как творения Шекспира, знания Сюзанны не распространялись.
– Я никогда не читала Шекспира. – Она чувствовала себя тупой невеждой.
– Об этом незачем беспокоиться. Его не всегда легко понять.
Натан продолжал поглаживать волосы Сюзанны, и ей пришлось собраться с силами, чтобы не поддаться приятным ощущениям.
– Но в нашем случае он оказался прав, верно? Спутанная паутина обмана… – Она словно попробовала эти слова на вкус. – В самую точку.
Большой палец Натана скользнул по ее щеке, и сердце Сюзанны ускорило бег.
– Сюзанна, – почти шепотом произнес он, – я хочу поцеловать тебя.
Она закрыла глаза и напряглась, но не отстранилась. Она ждала поцелуя, хотела узнать, что это такое, проверить, сможет ли выдержать прикосновение чужих губ.
– Сюзанна!
Она заморгала.
Губы Натана разошлись в улыбке.
– Незачем так напрягаться. Это не повинность, а удовольствие.
