- А я так не думаю, - фыркнула девица и прибавила шагу. Только вот время было зимнее и уже стало темнеть, а сквер был освещён слабо. Неожиданно девушка споткнулась и вскрикнула:
- Ай!
Пожалуй, она упала бы, не подхвати её Андрей.
- Ногу подвернула? – спросил он, помогая девушке дойти до ближайшей лавочки в сквере.
- Вот почему вы все несчастья мне приносите? – взвыла жертва обстоятельств.
- Да неужели? – хмыкнул Андрей, поняв, что теперь вредная девчонка никуда не денется. – А по-моему – всяк кузнец своего несчастья. Тебя что – под ноги смотреть не учили?
- Издеваешься? – прошипела Полина. – Больно, между прочим…
- Погоди, - спокойно сказал Андрей. – Сейчас посмотрим. Думаю, что это просто вывих.
И, прежде чем строптивая красавица успела опомниться, Андрей опустился на корточки и расстегнул её ботинок, а потом снял носок и приподнял штанину джинсов. Полина, похоже, обалдела от такой наглости, но когда Андрей стал осторожно ощупывать голеностоп, взвыла:
- Псих! Больно же!
- Погоди минуточку, - спокойно сказал Андрей позаимствованным у Макса тоном. – Я сейчас посмотрю, а потом в аптеку сбегаю. Видишь, вон там аптека – «Зелёный крест»…
Девушка машинально повернула голову туда, куда показывал Андрей, и он осторожно повернул её ногу, а затем дёрнул. В ответ ему прилетело маленьким, но крепким кулачком в лоб.
- Придурок!
- Ногу попробуй, - усмехнулся Андрей.
Полина осторожно подвигала ногой и сказала:
- Не болит!
- Вот видишь, - наставительно сказал Андрей. – Сейчас сустав перетянем, чтобы вывих привычным не стал, а на ночь лёд приложи. И с утра в школе к врачице сходи – пусть посмотрит.
И, достав чистый носовой платок, Андрей перетянул сустав.
- Ты что, в медицинский собираешься, что ли? – удивлённым тоном спросила Полина.
- Нет, - ответил Андрей, - я в Академию Художеств собираюсь, а это просто элементарная первая помощь. Макс научил.
И тут же прикусил себе язык, боясь, что сейчас последует вопрос о том, а кто такой Макс, и дело опять дойдёт до ругани. Но Полина натянула носок, а потом и ботинок, правда тот не пожелал застёгиваться, но на ноге сидел плотно, и спросила:
- Ты чего хотел-то?
- Поговорить я хотел, - отозвался Андрей. – Про тебя и про Даньку.
- Это он тебя послал? – сварливо спросила девочка.
- Да ни в коем разе, - ответил Андрей. – Более того, если он узнает, что я пришёл с тобой говорить – обидится.
- Ну, вот пусть и чапает по холодку… рыцарь Обиженного Образа, - сварливо произнесла Полина.
- Зря ты так, - ответил Андрей. – Данька тебя любит.
- Ну и что с того? – отреагировала девчонка. – Он от вас никак отлипнуть не может! Ваша компания пидорская ему дороже, чем я!
- Эй, - спокойно сказал Андрей, - с чего такие выводы?
- А с того, - воинственно заявила Полина, - что вы всегда вместе и девчонок у вас нет ни у кого… кроме Даньки. Значит… Или скажешь, что это не так? Давай, поклянись!
- Знаешь, Полина, - холодно сказал Андрей, - ты мне не мать родная и не поп на исповеди, чтобы я тебе клятвы приносил. Наша жизнь – это наша жизнь и тебя не касается. Это вообще никого не касается, кроме нас. А пришёл я с тобой поговорить из-за Даньки. Он тебя любит и мучается из-за вашей ссоры. А ты – прямо как баба базарная – хочешь его к своей юбке пристегнуть. Шаг влево шаг вправо – считаю побегом, а прыжок на месте – попыткой улететь… Мы все Даньку знаем гораздо дольше тебя, дружим давно… Ты слишком многого от него хочешь. Хоть он тебя и любит, но он не твоя личная собственность, поняла? Знаешь, я думал, что ты нормальная девчонка – ну, поссорились – с кем не бывает. Но теперь вижу – лучше вам не мириться. Ну, помучается он… переживёт. Ты же не последняя девушка на Земле, в конце концов. Всё, пойдём, помогу тебе до остановки дойти.
Полина опустила голову:
- Ты ничего не знаешь… От нас отец ушёл… Два года назад…
- А Данька-то здесь причём?
- Он… отец то есть… - выдавила Полина, - он к мужчине ушёл. Сказал матери, что больше так жить не может, и ушёл, гад. Предатель. Давить таких надо.
- И он тебе ничего не объяснил?
- Он хотел, - отрезала Полина. – Я его слушать не стала. И деньги мне его не нужны. И подарки. Я так матери и сказала, а она всё равно у него деньги берёт… дура набитая.
- Я смотрю, - хмыкнул Андрей, - у тебя все кругом плохие. И Данька плохой. И отец – предатель. И мать – дура. Одна ты вся в белом.
- И что? – фыркнула Полина.
- А то, - ответил Андрей, - что так не бывает. Это не все плохие, а ты хорошая. Это ты кругом неправа. Мать с отцом тебя любят, Данька тебя любит, а ты встаёшь в позу и нелепыми обвинениями бросаешься. Знаешь… если бы у меня отец жив… я бы его принял. Какого угодно. Просто потому, что это мой отец. Человек, благодаря которому я живу. А ты… ты прямо как лошадь в шорах – прёшь вперёд и краёв не видишь. Пойдём. А то маршрутка уйдёт.
