Огонь был уже совсем близко. Становилось невозможно вдыхать этот раскаленный воздух. Роса на листьях деревьев шипела, превращаясь в пар. Сами листья сворачивались и стремительно покидали кроны, не в силах противостоять самой сильной стихии на свете. Ветер- вечный и верный соратник пламени играл с природой, помогая Огню распространяться с бешенной скоростью. Ветер был весельчаком. Он направлял Огонь, бросая его горячие стрелы во все стороны света. Огонь гнался за Ветром и сметал всё на своём пути. Это был настоящий танец смерти, после него живое погибало, а неживое уничтожалось бесследно. Дождь пытался остановить их и начал атаку водными преградами на их пути. Но это только раззадоривало Огонь. Он злился и набрасывался на водные баррикады всё яростнее и агрессивнее. Он не терпел поражений. Ветер помогал ему, поднимая вихри воды с земли и вытягивал их в гигантскую воронку над лесом. И там Огонь расстреливал воду, а Ветер относил клубы побежденного врага к земле, вбивая их в потрескавшуюся почту.
Надо было немедленно бежать.
Проводник решительным жестом пресёк мою попытку к бегству.
– Стой спокойно. Не дёргайся.
Легко говорить!
Ветер стих. На месте, где ещё мгновение назад бушевало пламя, возник расписной шатер. Шкура коричневого цвета с орнаментом, напоминающим арабскую вязь с нанизанными на нее руническими символами сама по себе распахнулась, и из шатра вышли два молодых человека. Один из них был высокий, темноволосый с глазами цвета грозового облака. Одет он был в серый костюм напоминавшим моду 40-х годов ХХ века. В руках он держал шар, внутри которого клубился дым и сверкали молнии. Второй, круглолицый и румяный выглядел, как древнеримский полководец в золотых доспехах с коротким оранжевым плащом. Волосы его состояли из языков пламени, вращавшихся вокруг его головы.
Они быстрым шагом направились к нам.
– Какая приятная встреча! Ну! Не надо бояться. Уж вам-то мы не причиним вреда.
Громкий и задорный голос принадлежал Огню. – Верно? – повернулся он к Ветру.
– Абсолютно.
Ветер говорил также громко. У него был приятный баритон.
В приличном обществе (а общество богов явно было таковым) принято здороваться. Но слова как будто застревали внутри меня и совершенно не желали быть воспроизведёнными.
За меня эту проблему решил Проводник.
– Мы рады вас приветствовать, господа. Не судите строго. Наша ученица чересчур испугалась.
– Ничего. Мы понимаем, – произнес Ветер. – Подойдите, моя дорогая. Давайте я познакомлю вас с Оракулом.
Он кивнул в сторону шара. Будто услышав его, молнии внутри Оракула перестали хаотично двигаться и замерли на месте.
– Не бойся. Иди.
Проводник произнес это полушепотом, почти не шевеля губами.
Я медленно с опаской двинулась вперёд.
Резким молниеносным выпадом, схожим с броском кобры, Огонь накинул на меня свой плащ, и мы оказались внутри шара.
Видимо, мы уменьшились в размерах, или круглые стеклянные стены так искажали пространство по ту сторону, что Проводник, оставшийся снаружи, показался мне гигантским.
– Все в порядке. Ты пришла сюда, чтобы получить великий дар, – быстро заговорил Огонь.
– Мы здесь, чтобы научить и оберегать тебя, – подхватил Ветер. Он также оказался внутри шара.
– Скажи, что ты чувствуешь? – Огонь подошел ко мне почти вплотную. – Говори, что приходит на ум. Описывай все свои эмоции.
– Я чувствую страх, недоумение, непонимание. Я пугаюсь неизвестности того, что произойдет. И мне интересно. Немного.
– Хорошо. Изнутри тебя сейчас разрывает сразу несколько эмоциональных всплесков. Попробуй дать им волю, но и контролируй одновременно. Выпускай их по очереди, словно собак с короткого поводка на длинный. Начинай.
Это была сложная задача. Если мои эмоции- это собаки, то их поводки безнадежно запутались. Их было невозможно разделить.
– Я не знаю, как.
– Хорошо. Мы поможем. Какую эмоцию она назвала первой?
– Страх, – тут же ответил Ветер.
– Страх…, – повторил Огонь медленно. Хорошо. Думай только о том, чего боишься в конкретный момент. Сконцентрируйся на страхе.
Я постаралась, насколько это возможно, проанализировать, чего же, все-таки, я боюсь. И когда мои мысли, и сосредоточенность вмешались в бушующий эмоциональный поток, произошло что-то странное. Страх, накрывший меня было с головой, стал отступать под натиском логичных аргументов.
– Расскажи, что происходит с твоим страхом, – попросил Ветер.
– Я утихомирила его, попыталась разложить на составляющие, настроившись на причину возникновения страха. И он стал утихать.
– Хорошо, – казалось, это было любимое слово Огня. Или это было его искреннее стремление приободрить каждый мой следующий шаг. – Теперь дай своему страху свободу, отпусти его, – и метнул в стеклянную стену шаровую молнию.
Я вздрогнула. Страх немедленно вырвался наружу и забушевал, сковав меня мощным кольцом.
– Так. Теперь убирай его. Прячь внутрь себя.
Я снова попыталась успокоиться, заверив себя, что мне абсолютно ничего не угрожает. Страх подчинился и медленно начал спадать.
– Хорошо, – снова повторил Огонь. Теперь недоумение. Что больше всего тебя изумляет? Чего ты не смогла бы проанализировать?
