До следующего привала они больше не перемолвились ни единым словом.
*
Сначала изменился лес. Деревьев словно стало больше, но при этом сами они стали и тоньше, и ниже. Раньше лесные гиганты вздымались к небесам, небеса всем остальным перекрывая, освобождая место для тех, кто не жаден до солнечного света – разнообразным кустарникам, от знакомой мне малины до той экзотики с дюймовыми шипами, возле подобной мы учинили свою позицию против волков. Но звериные тропы, которыми вела нас Рилль, спокойно находили проход меж ними, и передвигаться тяжело не было.
Зато теперь… Худые деревца загромождали всё свободное пространство, их искривленные стволы с чахлой зеленью на корявых ветках образовывали едва ли не частокол. И если раньше мы неслись гуртом, при необходимости пробивая в высокой траве собственную тропу, то чем дальше, тем труднее стало находить путь, альтернативный найденному на рефлексах рейнджером светлого леса. Мы начали вытягиваться в линию.
Потом земля под ногами потеряла твёрдость, она больше не стучала по подошвам сапог, они проминали её. Когда данный факт в командном чате отметил Ветогг, Рилль отозвалась, пояснив, что тропка теперь не так утоптана – ею здесь реже пользуются.
И ещё без всяких слов рейнджер напоминала, что она здесь не случайный захожий, когда в её руках вдруг оказывался лук, она стреляла, и на землю с деревьев падали жирные птицы – похожие на тетеревов
– Ужин, – пояснила охотница, – Пары нам хватит. Триккты остались в стороне. Теперь не встревожим. Костёр разжечь будет позволительно.
Сначала Креттег, а за вторым – Стрриг, сбегали, Лесла в момент разделала. Как ни странно, но дамы, включая Леслу! – чуть в споры не ударились, по поводу, кому достанутся маховые, а кому хвостовые перья птиц. Модно, оказывается, на шляпах нынче.
Лесле её первая тысяча золотых уверенности в себе прибавила?
На сами болота вышли к вечеру и внутрь не полезли. Искать место для ночлега среди красных значков опасности под аккомпанемент подступающих сумерек – на такой экстрим мы не решились. А граничной полосой перед ними – песчаный пологий откос к лугу, испещрённому водяными зеркалами, заросшими где алыми кувшинками, где ослепительно белыми лилиями, среди которых бродили длинноногие… цапли?
« – Лидали, господин!
« – Хозяин, вкуснятина! Помнишь?! Куда, там, тем тетеревам!
– Рилль, – обратился я к замершей эльфийке. – Я не путаю, вон то – лидали?
– Те самые?! – тут же обнажил до дёсен все свои клыки Оггтей. – Э!..
Тёмная облизнулась молча, только тоже повернулась к светлой. Через минуту раздумий, Рилль решилась:
– Оно того стоит.
А дальше очередь из шести стрел. Нет, ни одна из них не размножилась. Но когда спугнутая стая поднялась в воздух, шесть тушек остались в воде.
– Принесём? – вызвались орки.
– Со мной, – не пустила их на вступительную полосу болот в одиночку рейнджер. – Без приказа ни шагу, но делать всё быстро.
– Как на вылазке?
– Не “как”! – покачала она головой. – Возможно, что только что кто-то понял: на болоте – чужие. Спать будем опять в общем шатре Стррига. Но, – и она, не сдержавшись, тоже провела языком по верхней губе: – оно того стоит!
Подобрать добычу никто не помешал, и наш ужин никто не испортил тоже. А лидаль, приготовленная на костре… Мэтр раскрыл себя с неожиданной стороны. Вкуснятина!
Переночевали тоже спокойно, но утром, когда начали просыпаться, выходить из палатки до официального рассвета Рилль запретила:
– Не хочу тревожить местных ни на одну минуту раньше необходимого. Следы к нам я с обеих сторон вчера забила. В этом шатре никакая тварь не класса супер нас не почует и не услышит. Для всех мы ночью исчезли, то есть ушли. Если нас засекли вечером – должны тоже уже уйти или хоть расслабиться. Сигналки же не сработали? – Ветогг с Майей почти синхронно покачали головами. – Сейчас взойдёт солнце. На утренние процедуры – всем не более десяти минут, – и улыбнулась: – Мальчики налево, девочки направо. И после – сразу вперёд! Завтрак с чаем – у кого вчерашний остался – на ходу. Кто пустой – обращайтесь. Попробуем прорваться нахрапом.
У них тут тоже мальчики ходят исключительно налево? – ухмыльнулся предыдущей реплике я.
« – Кто там шагает правой?! – левой, левой, левой! – ухмыльнулась и моя рыжая, вспомнив стишок из школьной программы.
А скрупулёзная японка без всяких эмоций, безмолвно на несколько секунд высветила таймер:
50-45-32, 50-45-31…
До окончания квеста богини смерти осталось чуть более двух суток, хоть левой ногой ты ритм отбивай, хоть правой.
Нахрапом и бодрой рысью удалось преодолеть больше половины болотного маршрута.
Нет, всё-таки рейнджер светлого леса – это нечто! Находить среди этих болотин почти сухой путь… Выходить и выводить то на упавший ствол лесного великана, то на длинный скальный выступ… Конечно, помогала карта – мы одно время шли вдоль по жёлтенькой нитке тропы нашего проводника, но потом пришлось свернуть и с неё, – вот тогда почти сразу на ту гряду и вышли.
