споткнись-ка в свет авраам… что там вообще с начальством твоим? и не говори мне, что делаешь ты лишь то что тебе говорят! может твой язык знаков я и не секу, но пришел к тебе с миром, я ищу знания. взамен кое-каких данных я отдам тебе мои пластинки жирика домино[30], несколько его да ее полотенец и твоего собственного личного пресс-секретаря… давай же. падай сюда. мой рассудок пуст. враждебности нет во мне. мои глаза две занятые автостоянки. я предложу тебе чашку жижи для чистки урн – мы можем учиться друг у друга/ лишь не пытайся тронуть моего мальца
ноги застряли между нижней юбкой и мимо проскакали всякие яковы и все горлопанили… губы у ней были мелочь совсем и у нее был гингий вид и когда я увидел что натворил, я прикрываю лицо/ временем правит какая-то буйная снобша чирлидерша и высовывает язык, роняя пурпурный чепец, она тусует с автобусом, ласкает кровавое распятье и молится, чтоб кошелек ее стибрили в пороховом переулке! звать ее, Делия, она завидует цепному блоку и царству где пацан с термометром хаки, очевидно подставное лицо и получая заказ ворча «она тебя утопит! раскроит тебе зенки! вложит разум те в рот! видишь взрывается! всего 65 а уже не прочь умереть!» гнуться горазда к объедкам, сражаясь с припадком падучей и стараясь остаться сухой в типичной цинциннатской погоде… Клодетт, ученица песочного человека, раненная на свой пятый год в деле а ей всего-то 15 и валяй-ка спроси что она думает о женатиках и папашках и съездах храмовников[31] давай спроси ее и Делия, которую Деброй зовут когда она шастает в форме медсестринской, она отбрасывает в погреб чистый свет и у нее есть принципы/ попроси ее о бумажной услуге и она даст тебе стих герани… чикаго? живодер! мясник! что угодно! дело кому какое? тут тоже похоже на кливленд! на цинциннати! я дал любимой вишенку[32]. еще б не дал. она сказала какова та на вкус? что? ты дал ей еще и курицу? дурак неудивительно что ты хочешь начать революцию
