Сказка, в которой вместо замка маленькая квартира, а вместо выдуманных персонажей вполне реальные люди, бегающие по белым и кривым дорожкам.
========== I ==========
Кэтрин сидела за маленьким столиком, который был неприлично завален всевозможным хламом, и искала ватные палочки, чтобы подправить свежий маникюр. Полчаса она пыталась ровно накрасить длинные ногти, но что-то вечно мешало, будь то шорох сзади или проезжающая под окнами машина. Ее раздражала любая мелочь. Хватило бы искры, чтобы вывести Кэтрин из себя, но она стойко держалась и продолжала заниматься важным женским делом.
— Так он оказался корейцем? — спросила Анастейша, лежащая на кровати под одеялом.
Кэтрин что-то хмыкнула себе под нос и сурово сдвинула брови. Она не любила болтать попусту, а разговорчивая подруга всегда умела найти тему для разговора, даже если, казалось бы, лимит исчерпан. Анастейша, невысокая блондинка с глазами наивного ребенка, свесила руку к полу и стала водить кончиком пальца по жесткому ворсу ковра. Она думала о том, что не помешало бы убраться в этой захламленной квартире, но ни желания, ни сил на это не было. Они только проснулись, так о какой уборке может идти речь? Сойдет за оправдание.
— Кэт? — не унималась Анастейша, выводя подругу из себя.
— Ты меня отвлекаешь.
Закатив глаза, блондинка демонстративно громко выдохнула и перевернулась на другой бок. Из открытого окна дул свежий летний ветерок, а солнце, бесцеремонно палящее, запустило свои загребущие лучи в маленькую квартирку, где вот уже второй год вдвоем жили лучшие подруги, постепенно превращая спальню в импровизированную баню.
На шторах сидели две мухи и периодически жужжали, перелетая с одного места на другое. Их нельзя было поймать, их нельзя было убить, поэтому девушки смиренно надеялись, что два мерзких создания самостоятельно найдут выход и покинут пределы чужого дома.
— Да, кореец, — наконец ответила Кэтрин, опуская ватную палочку, которую она нашла на свое счастье, в баночку с резко пахнущей смывкой для лака, — и сегодня я тебя познакомлю с его другом.
— И ты уверена, что хочешь разбавить наше вечно женское общество этими азиатами?
Анастейша села, почесывая растрепанные после сна волосы, и уставилась на сгорбленную над столиком спину лучшей подруги. Та старательно подправляла ненужные возле ногтя следы и незаметно покачивала ногой, с которой уже давно слетел маленький тапочек. Анастейша всегда поражалась хрупкости Кэтрин.
— Пора бы уже, — пожав плечами, Кэтрин шмыгнула носом и стала тихонько дуть на ногти, мечтая, чтобы лак скорее высох. Она обернулась к Анастейше и улыбнулась. — Ты что, против? Мне всегда казалось, что это ты меня вытаскиваешь в люди, а не я тебя.
— Да нет, я ничего против не имею, просто… просто это странно, — девушка покинула пределы постели и в одних трусиках с милым бантиком подошла к окну, чтобы зашторить его. Ей пришлось прищуриться, ведь солнце не позволяло спокойно насладиться прелестями утреннего Нью-Йорка.
— Не думала, что ты так скептически относишься к азиатам.
— Что за глупости?
Справившись со шторами персикового цвета, Анастейша потянулась к стулу, на спинке которого висела ее ночная рубашка в полоску, взяла ее, расправила и надела, чтобы скрыть неловкую наготу своего тела. Ей всегда оно казалось не идеальным, как впрочем и любой другой девушке, зато Кэтрин она считала красивой во всех отношениях и не понимала, как она может комплексовать из-за внешности.
— Просто для меня это в новинку, — продолжила Анастейша, пытаясь убрать спутанные волосы в хвост. Она посмотрела на Кэтрин, которая продолжала улыбаться, и сама не удержалась от улыбки. — Совсем ужасно выгляжу, да?
Кэтрин закатила глаза, и улыбка как по мановению волшебной палочки покинула ее лицо. Она вновь вернулась к покраске ногтей, а ее подруга, напевая под нос какую-то песню, направилась в душ.
Все так красиво начиналось…
***
Мужские пальцы ловко перебегали по струнам, щекоча нежную и чувственную гитару в попытке воспроизвести мелодию. Чонгук всегда мечтал научиться играть на этом дивном инструменте, но все скудные накопления слишком быстро улетучивались в наркотический вакуум, позволяя парню раствориться в разноцветной нирване. Он и Тэхена за собой утянул, а тот был, в общем-то, и не против. Их веселая мужская компания так и осталась бы гордо возвышаться над этим бренным миром с огромной буквой «М» на вершине замка самцов, но рано или поздно природа требовательно забирает (нет, даже вырывает) власть и комкает ее в своих лапах, заставляя людей играть по своим правилам.
