– Ян, я выполнил все ваши условия. Теперь ваша очередь. Влад вас проводит к палате. Разговор будет записываться. Но мне по большому счету все равно,что вы будете рассказывать Второму. Меня интересует лишь результат.
Дорога к палате кажется слишком долгой. Я поддерживаю Аленку за руку. Она, узнав, что мы идем проведывать Второго, обрадовалась, и ее дар засиял еще с большей силой. Сейчас я только рад тому, что никто не замечает, как именно сияет Алена. Я рад тому, что у меня остался мой дар.
– привет – говорю я Второму.
За сутки почти ничего не изменилось. Он почти такой же, как и был. Лихорадочно горящие глаза, жесткая складка губ, бледное измученное лицо.
Но он замечает Аленку и я вижу, что с ним происходит какая-то внутренняя перемена. Если бы я не знал Второго, я готов был поклясться, что он заплачет. Но секунда слабости заканчивается.
– зачем? – слишком хрипло спрашивает он.
– в гости зашли. Алена тоже захотела тебя проведать. Ты вообще как?– я говорю слишком глупые вещи. Мне все равно, что говорить главное, чтоб никто ничего не понял.
Второй смотрит на меня, на нее. Аленка улыбается в ответ. Она смущается. Она его не винит. Он же не сделал ничего, в чем его можно было бы обвинять. Она не знает что была. Она помнит только хорошее. Она знает, что он мой друг,и ее друг. Она переживает за него. Последний раз они виделись в театре, когда Второй больше был похож на Джеймса Бонда. А сейчас – слишком большие перемены. Я легонько подталкиваю Аленку ближе и говорю о том, что она может в качестве приветствия поцеловать Второго и, что я обещаю не ревновать.
– не надо– говорит Второй. Я понял, что он обо всем догадался.
– надо. – отвечаю я.
Я оглядываюсь по сторонам в поисках камер или других записывающих устройств. Но это не важно. Никто не увидит и не поймет, что будет происходить. А мне надо просто разговаривать.
