Поселок показался совершенно неожиданно. Джай даже заподозрил, что степняки использовали магию (что-нибудь вроде купола невидимости), и только через несколько мгновений сообразил, что никакой магии не было и в помине. Просто последние полчаса он не обращал внимания на то, что происходило вокруг. Но даже появление долгожданного поселка не обрадовало его (на радость уже не было сил). Поэтому юноша только с удивлением подумал: "неужели, добрались", а потом крепче ухватился за луку седла, уговаривая себя, что ехать им осталось совсем недолго. Наверно, он сказал об этом вслух, потому что Лар ответил ему.
– Держитесь, милорд, мы почти приехали.
Их встречали какие-то люди. Наверное, они приветствовали Дайра и его воинов. Впрочем, один старик все-таки обратился лично к нему. И юноша заставил себя сосредоточиться и ответить ему. Он назвал свое имя и поклонился степняку. Хотя из-за того, что Лар все время крепко держал его за плечо, поклон вышел кривоватым. А потом его отвели в шатер и, наконец, оставили в покое.
Солнечный зайчик пробился из-за неплотно задвинутой занавески и скользнул по лицу Джая: затерялся в спутанных прядях волос, на мгновение задержался на щеке, проказливо коснулся ресниц. Юноша попытался игнорировать его, но тот настойчиво напоминал, что новый день уже наступил, а значит, пора вставать. Джаю все-таки пришлось открыть глаза.
Шатер, в котором он находился, оказался очень большим. Ему в нем предоставили уголок, отгороженный от остальной части (словно комната в доме, только вместо стен здесь были завесы из шкур). Такое уединение было, в лучшем случае, сомнительным. Потому что преграда не давала видеть, но прекрасно позволяла слышать все, что происходит за импровизированной стеной. Но это было лучшее, что могли предоставить степняки своим гостям.
Из-за завесы, отделявшей его "комнату" от остальной части шатра раздавались приглушенные шаги, но голосов не было слышно. Юноша прислушивался несколько мгновений, а потом потянулся за своей одеждой, сложенной аккуратной стопкой у его ног.
Оделся он быстро. Зато с волосами пришлось повозиться. Все эти традиционные узлы, конечно, выглядели красиво, но отнимали ужасно много времени. Закончив с прической, юноша отодвинул занавеску и осмотрелся.
Как он и предполагал, шатер оказался большим. Перегородка из шкур разделяла его на две половины: мужскую и женскую. Мужская половина оказалась пустой, и Джай мог спокойно осмотреться. Правда, смотреть было не на что. Обстановка оказалась предельно простой. Пол был застелен грубыми шкурами. Точно такие же шкуры, но более аккуратной выделки, служили в качестве лежанок. Единственной мебелью был низенький деревянный столик, стоявший у самой стены. На нем теснились глиняный кувшин и несколько плошек. На стенах было развешено оружие. Правда, в основном охотничьи ножи и луки (меч был только один). Но весь арсенал выглядел ухоженным. Причем, чувствовалось, что служили все эти вещи не только для красоты, но и согласно своему прямому назначению.
Именно так, по представлениям степняков, и должно было выглядеть жилище настоящего воина: ничего лишнего и ненужного. Воин должен уметь обходиться малым. А окружать себя яркими, но бесполезными вещами – женский удел. Но юноша больше склонялся к тому, что окружавшая простота была, скорее проявлением бедности, а не результатом следования традиции.
Джай вышел из шатра, и первым, кого он увидел, был, конечно же, Лар. Эльф сидел у входа, и, кажется, даже не шевелился. Он смотрел куда-то поверх голов проходящих мимо людей. Но юноша знал, что Лар следил за всем, что происходило вокруг. В шаге от эльфа сидел Зим. Но ни Лиама, ни остальных степняков из его отряда не было видно.
Первым на появление Джая отреагировал Лар. Он сразу же поднялся на ноги и привычно поклонился Джаю. Зим тоже встал, но ограничился коротким кивком. Юноша кивнул им в ответ.
Шатер, в котором он ночевал, располагался в центре поселка (причем, поселка немаленького). Со всех сторон виднелись точно такие же шатры. Их было много – не меньше четырех десятков. И судя по размерам, каждый из них мог свободно вместить полтора-два десятка человек. Похоже, род Шааз был многочисленным. По подсчетам Джая выходило, что в распоряжении местного рэма было около двух сотен воинов – серьезная сила для небольшого приграничного рода. Правда, сейчас в поселке находились в основном женщины и дети. Мужчин оказалось совсем немного, в основном старики. Но это как раз было вполне объяснимо. День давно был в разгаре, и большая часть степняков, занимались своими прямыми обязанностями: охотой, охраной, да мало ли чем еще. А вот следить за домом считалось исконно женской работой.
– Где все остальные?– поинтересовался Джай.
– Лиам, Сиг, Имар, Ваг и Мааюн утром ушли вместе с охотниками,– ответил Зим.
– А Хор?
– Он где-то в поселке,– пожал плечами степняк, которого мало заботило то, где пропадал вполне взрослый, а потому полностью отвечающий за свои поступки мальчишка. Предупреждая следующий вопрос юноши, он продолжил:
