Таурэн прикрывал отступление.Оставшись в четвером, им не удалось долго сдерживать натиск врага.Браяна убили через несколько минут, после того, как сбежал Сем. Его место заняла Вика, но и она была ранена.Тина тоже получила несколько неприятных ран, но она была в состоянии сражаться. Таурэн был защищен лучше своих спутников, но и его шкира была пробита в нескольких местах.Теперь они поднимались по винтовой лестнице, Тина несла Вику, а Таурэн прекрывал их, сражаясь за каждую ступеньку.К некоторому облегчению ситуации, друзья заметили, что минотавры и люди, не спешат в сражение, безрассудно жертвуя собой. Зато гончие атаковали с безумным ожесточением.Несколько раз, башня вздрагивала, от чего друзья едва не падали в толпу рвущихся в бой гончих.Наконец, поднявшись на вершину лестницы, они попали в широкий зал, в котором ветали запахи гари плавленого металла и множество других, менее приятных ароматов.Они увидели, в другом конце зала, сцепившихся чудовищ, одно напоминало смесь дракона и человека, или пантерийца, а другое, плохо сшитую куклу, из разных честей разных зверей.Оба чудовища обладали огромной силой, что доказавала полная разруха обстановки и треск камней под их когтями.Увидев лежащего без созания Сема, Тина опустила Вику на пол рядом с ним, и стала наблюдать за схваткой двух могучих существ, для которых окружающие события были абсолютно не важны.Таурэн, хрипло дыша, из последних сил сдерживал гончих.Влас вчепился клыками в шею противника, и почувствовал как вокруг его шеи смыкаются пальцы уродливых рук. Поняв, что совершил ошибку, которая может стать раковой, Влас вцепился когтистыми руками-лапами в грудь Игнара. Наткнувшись на твердый кристалл, он рванул его одной рукой-лапой, другой уперевшись в грудь противника.Хруснули ребра, и раздался душераздерающий крик. Влас сразу почувствовал как хватка на шее ослабла. Оттолкнувшись, он смог встать и отойти на пару шагов, в правой руке, он сжимал когтями хрустальный кристалл.Игнар, потерявший источник своих сил, как магических так и жезненых, корчился от боли, которая разрывала его на куски, а плоть гнила на глазах. Через минуту невообразимой боли, его мучения перенеслись в загробный мир, где страдания не ограничиваются физической болью. Игнар знал, что за похищение душ надо платить, и тепеть пришло время расплаты, за мучения тех, чьи души он поработил.После гибели противника, в душе Власа воцарилось спокойствие. Он огляделся и увидел Тину, она была в крови, но это не делало ее мение привлекательной, наоборот, Влас почувствовал необычайное удовольствие, когда видел как с ее рук стекала крось врагов. Рядом лежали Вика и Сем, а у лестницы стоял Таурэн, рядом с которым столпились гончие. Было странно, но никто не сражался, все смотрели на него.В правой руке появилась боль, посмотрев на нее, Влас увидел, что кристалл светется сильнее и готов взорваться."взрыв убьет их. Почему меня никто не слушает, я же просил всех оставаться внизу! Что делать? Думай, думай"Прижав кристалл к груди, он присел, сложив руки и крылья на подобие воронки.Взрыв был сильным, но Влас выдержал удар, направив всю взрывную волну вверх. Поток света устремился к потолку, причиняя невыносимую боль глазам, и обжигая тело."зажмурься глупенький" услышав он ласковый голос богини тьмы, и послушно сомкнул веки. Боль сразу прошла, и все его существо растворилось во тьме.Лишь когда солнце коснулось горизонта, темное войско пошло на штурм. Они потеряли половину виверн и множество всадников-магов, на которых возлагались большие надежды при штурме.Ровные ряды закованных в сталь воинов медленно и неуклонно, приближались к крепостной стене, под градом сыплющихся стрел.Сражение в небе, между вивернами и драконами, началось задолго до того, как основное войско достигло подножия стены.Огромные осадные башни, медленно ползущие как ленивые великаны, остановились в десятках метров от цели. От них, протянулись длинные и широкие мостки, которые легли на край крепостной стены.Таранные установки, состоящие из огромного бревна, висящего на цепях укрепленных на металлической рамке, стали битьв ворота. Десятки преставных лесен и веревок с кошками, как паутина окутали стену.В небесах вспыхивали молнии, и потоки драконьего огня освещали темнеющий небосвод.Виверны, десятками нападали на одного дракона, впиваясь когтями и клыками в его плоть. Всадники сидящие на их спинах, вносили свою лепту, метая молнии и вонзая длинные копья.Враконы в свою очередь, тоже не оставались в долгу. Они сжигали мелких ящеров еще на лету, сбивали ударами хвоста, рвали когтями на куски.Защитники крепости, смело встретили врага. Тяжелые топоры рубили мостки, воины откидывали лестницы и перерубали веревки.По знаку Джека, котлы с кипящей смолой, вылили на головы карабкающимся на стену.Поднялся ужасный крик, смешанный с проклятиями и воплями ужаса.Один из драконов, атаковал осадную башню, вцепившись в шее когтями, он попытался повалить чудовищное сооружение.Но как только он коснулся передвижного гиганта, его тело прилипло к обитой шкурами, поверхности. И башня начала вытягивать силы из могучего тела.Однц из бащен, все же удалось разрушить. Сорвавшийся со стены огненный шар, разрушил защитное поле и разнес сооружение в щепки.Вместе с перерубленными мостками, вниз летели те, кто не успел добраться до стены, где уже кипело сражение.Тела мертвых драконов и виверн, падали на стену и на широкую полосу перед крепостью, давя неудачливых воинов, попавшихся на пути.Вскоре, преимущество драконов в небесах, не стало вызывать сомнений. Некоторые огнедышащие гиганты вступили в сражение кипевшее на земле.К отрядам стоящим на стене, пришла подмога из числа резервов хэрэмов и гномов. Совместными усилиями, они помогли людям и эльфам, скинуть врагов, которые уже перелезли через парапет стены.Быстрая амака захлебнулась, и воинам темной империи пришлось отступить. Но это была лишь первая волна, за которой следовали еще несколько, которые подобно океанскому приливу, готовы были разбиться о плотину стоящую перед ними, и откатившись, снова начать все сначала.Джек, командовавший обороной стены, кинул взгляд на море черных знамен. Это зрелище вызывало ужас и восторг. Он знал, что верные войны последуют за ним, даже если будут обречены на неудачу. У каждого была семья, и он сражался не только за себя, но и за них.Вторая волна накатила на стену, прервав нерадостные размышления бывалого воина.Подняв клинок над головой, Джек прокричал слова, подхваченные сотнями голосов, и ставшие гимном на этот день, для тысяч сражающихся.
