— Драться со мной? — медленно повторил Тарзан, переводя взгляд с француза на обломки палки, валяющиеся на полу. — Вы это серьезно?
На сей раз графу стало не по себе; вспомнив о чудовищных лапах, в которых он только что побывал, де Куд попятился и поспешно пояснил:
— Разумеется, речь идет не о кулачной драке, а о дуэли! Выбор оружия за вами, мсье, но хочу сразу предупредить — я одинаково хорошо владею и шпагой, и пистолетом!
— В самом деле? А как насчет копья? — осведомился Тарзан, начиная улыбаться.
Все происходящее было до того нелепо, что его гнев полностью прошел, и, если бы не ужас в глазах Ольги де Куд, он бы, пожалуй, рассмеялся.
— Мы говорим о серьезных вещах, сударь! — еще выше задрал голову француз.
— Что же может быть серьезнее копий в шесть футов длиной? Хорошо, если копья вам не по душе, что вы скажете о луке и отравленных стрелах?
— Господин Тарзан! — казалось, граф де Куд вот-вот задохнется от злости. — Вы будете драться или нет?
— Если вы так настаиваете — пожалуйста. Но поскольку предложенное мной оружие вас не устраивает, я готов положиться на ваш выбор, — Тарзан был очень доволен тем, как удачно процитировал один из прочитанных им на корабле романов.
— Отлично! Я выбираю пистолеты. Мой секундант обсудит с вашим время и место дуэли.
— Нет. Мне некогда тратить время на такие пустяки. Вы выбрали оружие, я выбираю время. Мы будем драться немедленно! Что же до места — мне оно безразлично.
Часом позже к безлюдной лужайке возле дороги, ведущей в Мант, подъехали две машины.
Из одной вылез граф де Куд вместе со своим секундантом — лощеным типом по имени господин Флобер — а за ними — отчаянно зевающий доктор. Из другой вышли Тарзан и бледный встревоженный Арно.
Всю дорогу Джек убеждал друга отказаться от дуэли или хотя бы выбрать шпаги, а не пистолеты.
— Тогда будет меньше шансов, что рана окажется смертельной; уязвленное самолюбие ревнивых мужей почти всегда излечивает первая же нанесенная противнику царапина. Но если вы будете стреляться, он наверняка тебя убьет!
— А если мы будет драться на шпагах, наверняка я его убью, — проворчал Тарзан. — Стоит мне увидеть противника вблизи и почуять запах крови… Я могу с собой не совладать.
— Неужели жизнь этого надутого индюка тебе дороже своей собственной?
— Нет, но я не хочу причинять горе Ольге де Куд.
— И ради душевного равновесия графини ты намерен дать себя пристрелить?!
Человек-обезьяна удивленно посмотрел на своего друга: он никогда еще не видел Джека таким взвинченным.
— Не думаю, что он меня убьет. Но если это все-таки случится, ты ведь сумеешь отыскать обезьяний амфитеатр, где я спрятал золото профессора Портера?
— И не надейся!
— Тогда я нарисую тебе карту…
И Тарзан занимался этим весь остаток пути, не обращая внимания на ругань Джека.
— …Что ж, господа, хотя все это несколько неожиданно, я уверен, мы сумеем отлично все организовать, — потирая руки, заявил господин Флобер. — Итак, вот мои предложения: граф де Куд и господин Тарзан встанут на лужайке спинами друг к другу. По моему сигналу они пойдут вперед, держа пистолеты в опущенной руке. Когда оба сделают по десять шагов, господин Арно даст новый сигнал, и тогда противники повернутся и начнут стрелять до тех пор, пока один из них не упадет или пока каждый не выпустит по три пули. Вас устраивают такие условия?
— Да, — сказал Тарзан.
— Нет! — заявил Джек. — Я не желаю давать сигнал к началу хладнокровного убийства.
— Мсье Арно, это поединок, а не убийство, — укоризненно поправил господин Флобер.
— Называйте это, как хотите, но мне ясно, что здесь затевается убийство!
— Странно, что при таких взглядах на дуэли вы согласились принять участие в этой, ммм… Процедуре.
— Пусть господин Флобер подаст оба сигнала, — предложил Тарзан. — И давайте покончим с этим поскорее!
Секундант графа де Куд, недовольный, сбитый с толку, оскорбленный в лучших чувствах, нехотя согласился с таким нарушением дуэльного кодекса.
Противники взяли пистолеты и в сопровождении секундантов разошлись в разные концы лужайки.
— Когда этот хлыщ даст второй сигнал, стреляй немедленно, понял? — быстро сказал Джек.
— Да.
— И, ради бога, стань вполоборота, тогда будет меньше шансов, что он в тебя попадет…
— Не волнуйся.
— А что мне волноваться? Ты нарисовал мне карту клада, и если тебя пристрелят, я смогу прикарманить золото профессора Портера. Все просто замечательно! Лучше не бывает! Жизнь прекрасна!
— Вы готовы, господа? — крикнул господин Флобер.
— Да! — громко ответил Тарзан.
— Нет, — сквозь зубы проговорил Арно.
— Один! Два! Три! — громко начал секундант графа де Куд отсчет шагов.
Арно и господин Флобер отступили с линии огня.
— Четыре! Пять! Шесть! Семь!
Судя по виду Арно, будь у него сейчас пистолет, он сам бы с удовольствием пристрелил графа де Куд.
— Восемь! Девять!
Джек стиснул зубы.
— Десять… Стреляйте!
Грянул выстрел, и Арно, впившийся взглядом в Тарзана, увидел, как тот слегка вздрогнул.
Граф де Куд явно остался невредимым и тут же выстрелил снова.
