Своеобразное одеяние негров, конская сбруя, сплошная стена с бойницами и дозор на дороге казались настолько нереальными, что Блейк даже не удивился, когда дверь караулки открылась, и оттуда вышел красивый белый юноша, одетый в кольчугу, поверх которой легла пурпурная туника. Голову юноши покрывал глухой шлем с кованым подшлемником. Он был вооружен тяжелым мечом и кинжалом. Прислоненные к стене длинное копье и щит с красным крестом, возле которых остановился вышедший, также, видимо, принадлежали ему.
– Невероятно! – воскликнул юноша, глядя на Блейка. – Кого ты привел, дозорный?
– Пленника, с твоего позволения, благородный господин, – учтиво ответил Пол Бодкин.
– Сарацина, разумеется? – спросил юноша.
– Осмелюсь не согласиться, сэр Ричард, – возразил Пол. – Я своими глазами видел, как он крестился перед Крестом.
– Подведи его ближе!
Бодкин ткнул Блейка копьем в спину, на что американец не обратил никакого внимания, ибо в тот же миг его осенила внезапная догадка, которая все проясняла. И они решили, что смогут его провести?
Впрочем, это им почти удалось.
Блейк быстро направился к юноше и остановился перед ним, иронически улыбаясь. Воин окинул его надменным взглядом.
– Ты откуда? – спросил юноша. – Что привело тебя в Долину Могил?
Улыбка сползла с лица американца. Это уже слишком!
– Кончай придуриваться, парень, – сказал Блейк, чеканя каждое слово. – Где режиссер?
– Режиссер? Не понимаю.
– Естественно, не понимаешь, – язвительно произнес Блейк. – Только не говори, что не срубишь сейчас на мне семь с половиной тысяч долларов.
– Ради всего святого! Твои слова непонятны, но я возмущен твоим тоном. Это слишком оскорбительно для ушей Ричарда Монморенси!
– Опять ты за свое! – рассердился Блейк. – Если режиссер отлучился, позови помощника или оператора. А то пошли за сценаристом. Может, хоть у него найдется здравый смысл, раз у тебя его нет.
– Опять? Да кто, по-твоему, я такой, если не Ричард Монморенси, благородный рыцарь Ниммра?
Блейк обреченно покачал головой, затем повернулся к воинам, которые собрались вокруг, слушая разговор. Он надеялся увидеть понимающие улыбки, свидетельствующие о розыгрыше, но лица людей оставались непроницаемо-серьезными.
– Послушай, – обратился он к Полу Бодкину. – Может, кто-нибудь все-таки знает, где режиссер?
– Режиссер? – недоуменно повторил Бодкин и покачал головой. – Ни в Ниммре ни даже во всей Долине Могил нет никого с таким именем.
– Очень жаль, – сказал Блейк. – Если нет режиссера, может, есть хотя бы сторож? Могу я его видеть?
– А, страж! – воскликнул Бодкин с прояснившимся выражением лица. – Сэр Ричард страж и есть.
– О, Боже! – простонал Блейк, поворачиваясь к юноше. – Прошу прощения, ты, вероятно, один из здешних пациентов?
– Каких еще пациентов? Ты и в самом деле изъясняешься странно, хоть и по-английски, – с достоинством ответил юноша. – Но дозорный говорит правду, как раз сегодня я – страж ворот.
Блейку стало казаться, что он сошел с ума, или же, по крайней мере, потерял способность мыслить логически. Ни белый юноша, ни негры не казались умалишенными. Американец пытливо взглянул на стража ворот.
– Прошу прощения, – сказал Блейк, улыбаясь своей обезоруживающей улыбкой. – Я вел себя некорректно. Это все из-за нервного напряжения, а также оттого, что я долго скитался по джунглям и почти ничего не ел. Мне показалось, что вы надо мной смеетесь, и не нашел ничего лучшего, как подыграть вам. Скажите, куда я попал? Как называется эта местность?
– Это город Ниммр, – ответил юноша.
– У вас сегодня национальный праздник или еще какое событие? – поинтересовался Блейк.
– Не понимаю, – произнес юноша.
– Ну хорошо, может, вы из массовки? Ставите историческую пьесу?
– Что за тарабарщина! Пьеса?
– Ну да. Все эти костюмы…
– Что особенного в нашей одежде? Она, правда, немного поношена, но гораздо лучше твоей. Во всяком случае, она удобна на каждый день для верховой езды.
– Ты хочешь сказать, что носишь ее в будни? – недоверчиво воскликнул Блейк.
– Почему бы нет? Однако довольно. Продолжим разговор в другом месте. Отведите его внутрь. А ты, Бодкин, отправляйся назад!
Юноша повернулся и вошел в помещение. Двое воинов бесцеремонно схватили Блейка и толкнули следом.
Блейк очутился в комнате с высоким потолком, на котором виднелись массивные балки, грубо отесанные вручную и потемневшие от времени. На каменном полу стоял стол, за который уселся юноша. Стражники подвели к нему Блейка и остались стоять рядом.
– Имя? – спросил юноша.
– Блейк.
– Блейк и все?
– Джеймс Хантер Блейк.
– Твой титул?
– У меня нет титула.
– А! Выходит, ты не дворянин?
– Выходит.
– Из какой ты страны?
– Из Америки.
– Америка? Нет такой страны.
– Почему?
– Потому что я ни разу о ней не слышал. Что ты делал в Долине Могил? Разве ты не знал, что туда нельзя?
– Говорю же, что заблудился и понятия не имел, где нахожусь. Мне нужно вернуться к отряду, а потом на побережье.
– Исключено. Мы окружены сарацинами. Вот уже семьсот тридцать пять лет они держат нас в осаде. Как тебе вообще удалось проскочить через вражеский лагерь? Как прошел в расположение их войск? – Нет там никаких войск.