— Нет, но я подумала, что такие переживания могут плохо на тебе отразиться.
— Какие переживания? — спросил Тарзан.
— Какие переживания! — передразнила Ронда. — Стенли Оброски, ты сейчас же подойдешь ко мне и приляжешь рядом. Я поглажу тебя по голове, так ты быстрее уснешь.
— Еще чего! Ты что, не хочешь, чтобы мы выбрались отсюда?
— Хочу, конечно, но это невозможно.
— Нужно попытаться. Так ты чувствуешь сквозняк?
— Ну да, но при чем тут это?
— Может, и ни при чем, — согласился Тарзан, — но это дает шанс выбраться. Должен же воздух куда-то выходить при такой тяге. Нужно проверить, нет ли здесь отверстия.
Девушка встала. До нее стал доходить смысл его слов.
— Нет, — сказала она, — я ничего такого не заметила.
— Я тоже пока не вижу, вероятно, оно специально замаскировано, — шепотом сказал Тарзан.
— Наверное.
— Мне кажется, что поток воздуха движется вон в тот темный угол.
Тарзан прошел туда и стал внимательно вглядываться в темноту. Ронда присоединилась к нему.
— Ну что? — нетерпеливо спросила она. — Что-нибудь видно?
— Здесь очень темно, — отозвался Тарзан, — но, по-моему, там какое-то пятно, чуть темнее, чем потолок.
— Какой ты зоркий, — сказала Ронда, — я так ничего не вижу.
Откуда-то сверху, прямо над их головами, донесся гулкий непонятный звук.
Ронда схватила Тарзана за руку.
— Ты прав, — прошептала она. — Там что-то есть. Звук долетел до нас через какой-то проем.
— Отныне мы должны разговаривать только шепотом, — предупредил человек-обезьяна.
Отверстие, если оно там вообще было, находилось, по мнению Тарзана, в самом углу. Человек-обезьяна тщательно обследовал стены, но не обнаружил опоры, за которую можно было бы ухватиться.
Затем он высоко подпрыгнул и рукой коснулся края отверстия.
— Нашел, — шепнул он.
— Но что это дает? Нам до него не дотянуться.
— Сейчас проверим. Тарзан встал в самом углу.
— Полезай ко мне на плечи, — велел он, — вытянись в полный рост и держись рукой за стену. Ронда так и сделала.
— Ощупай все вокруг. Определи диаметр и поищи, есть ли там за что ухватиться.
Девушка зашарила руками в темноте.
— Опусти меня, — сказала она немного погодя. Тарзан осторожно опустил Ронду на пол.
— Ну, что там? — спросил он.
— Диаметр отверстия фута два-три. Если бы подняться повыше, я бы пролезла.
— Что ж, попробуем еще раз, — сказал Тарзан. — Положи мне руки на плечи. Поставь левую ногу на мою правую ладонь. Так! Теперь ставь другую. Выпрямись и держись за стену. Я подниму тебя фута на полтора повыше, чем в первый раз.
— Хорошо, — прошептала Ронда. — Давай! Тарзан без усилия поднял девушку и вскоре ощутил, что руки стали свободными.
Прошла минута тягостного ожидания, а затем сверху донесся слабый вскрик:
— Ох!
Тарзан молча ждал, не задавая ни одного вопроса. Он услышал ее дыхание и понял, что ничего серьезного не произошло. Наконец сверху донесся шепот:
— Брось мне свою веревку.
Он снял с плеча травяную веревку и бросил конец девушке. Та не успела поймать, и веревка упала на пол, но во второй раз девушка оказалась проворнее.
Тарзан слышал, как она молча трудится в темноте.
— Ну-ка, попробуй, — прошептала она. Ухватившись за веревку, Тарзан поджал ноги, проверяя ее на прочность и, удовлетворенный результатом, полез наверх. Вскоре он коснулся Ронды и поставил ногу на выступ, на котором стояла девушка.
— Ну, что тут? — спросил он, устремляя взгляд в темноту.
— Деревянная балка, — ответила Ронда. — Я стукнулась о нее головой.
Тарзан встал в полный рост и ощутил плечом балку. К ней и крепилась веревка. Они стояли на выступе стены и находились пока в комнате.
Тарзан взобрался на балку. Над ним на высоте поднятой руки зияла дыра.
— Дай руку, — шепнул он девушке и легко втянул ее на балку. — Сейчас я снова подсажу тебя, и ты посмотришь, что там.
— Надеюсь, ты сможешь удержаться на такой узкой балке, — сказала она, вставая ему на руки.
— Я тоже надеюсь, — коротко ответил он. Через минуту-другую девушка сказала:
— Опусти меня.
Тарзан опустил ее вниз, придерживая руками.
— Ну как? — спросил он.
— Там еще одна балка, — ответила Ронда, — но до нее не дотянуться. До отверстия мне не хватило нескольких дюймов. Что же нам делать? Кошмар какой-то — ползаем в темноте, со всех сторон грозит опасность, а мы совершенно бессильны.
Тарзан молча отвязал от балки веревку.
— У тармангани есть много всяких глупых поговорок, — пробормотал он. — Одна из них гласит, что существует много способов содрать с кота шкуру.
— Что за тармангани? — удивилась Ронда. Тарзан улыбнулся в темноте своей промашке.
— Есть такое африканское племя, — пояснил он.
— Но это американская поговорка, — возразила девушка. — Я ее еще от дедушки слышала. Очень странно, что такая же существует у африканского племени.
Тарзан не стал объяснять Ронде, что на языке его приемной матери, обезьяны Калы, первом языке, что он выучил, тармангани — так называют белых людей.
Он тщательно смотал веревку и, держа за один конец, бросил в темноту. Однако веревка упала к его ногам. Тарзан повторил попытку — то же самое. Еще дважды его постигала неудача, но в следующий раз веревка закрепилась.
— Сможешь взобраться? — спросил он Ронду.
