— Этот человек говорит на том же самом языке, что и народ Иезавель,— объяснила леди Барбара,— и хочет знать, кто мы и что тут делаем.
— Поговорите с ними, леди Барбара,— предложил Смит.
Англичанка выступила вперед.
— Мы чужеземцы и на земле Мидиан оказались случайно. Мы заблудились. Единственное, чего мы хотим, это выбраться из вашей страны.
— Дороги из страны Мидиан нет,— ответил человек.— Вы убили козленка, принадлежащего Эшбаа-лу. За это должны понести наказание. Следуйте за нами.
— Мы умирали с голоду,— пояснила леди Барбара.— Если бы могли заплатить за козленка, мы бы сделали это с радостью. Позвольте нам уйти с миром.
Мидиане вновь посовещались, после чего их парламентер снова начал говорить:
— Вы должны пойти с нами,— сказал он.— Женщины, по крайней мере. Если мужчина не пойдет, мы не причиним ему вреда, нам он не нужен. Нам нужны только женщины.
— Что он сказал? — спросил Смит, и когда леди Барбара перевела ему сказанное, Смит покачал головой.
— Скажите им, что мы никуда не пойдем,— произнес он.— И также скажите им, что если они не перестанут досаждать нам, я должен буду их убить!
Когда девушка передала ультиматум мидианам, те только рассмеялись.
— Что может один против двадцати? — спросил их предводитель, потом он пошел вперед, а за ним последовали его люди. Они размахивали дубинками, и некоторые из них начали издавать воинственные крики.
— Вам нужно будет стрелять,— сказала леди Барбара.— Их, по крайней мере, двадцать. Вы не промахнетесь.
— Вы мне льстите,— сказал Смит, поднимая свой крошечный револьвер и направляя его на мидиан.
— Уходите! -— закричала Иезавель. Он вас убьет!
Но атакующие только ускорили шаг.
Тогда Смит выстрелил. От резкого звука Мидиане остановились, удивленные, но ни один из них не упал. Вместо этого вожак швырнул свою дубинку быстро и точно, как раз в то время, когда Смит намеревался выстрелить снова. Он увернулся, но дубинка ударила его по руке, пистолет выпал на землю, а затем мидиане набросились на них.
Тарзан совершил убийство. Жертвой был только маленький грызун, но его мясо временно утолило голод. До утра можно было не думать о еде. Когда Тарзан обнаружил след пропавшего американца, уже настала непроглядная ночь, и ему пришлось отложить поиск до рассвета. Первый след был очень слаб — едва видимый отпечаток следа ботинка, но для человека-обезьяны этого было достаточно. Склонившись над кустом рядом со следом, он уловил едва слышный запах белого человека, по которому он мог бы следовать даже в темноте, но это было очень утомительное занятие, в данном случае такое усилие не требовалось.
Поэтому Тарзан убил грызуна, закусил и, свернувшись калачиком в высокой траве, заснул. Дикие звери не могут спать с открытыми глазами, но часто кажется, будто они все видят и слышат во время сна. Они не реагируют на обычные ночные звуки, но даже самый маленький шорох, незнакомый или предвещающий опасность, может разбудить их мгновенно. Именно такой звук и разбудил Тарзана после полуночи.
Он поднял голову и прислушался, потом он опустил ее и приложил ухо к земле.
— Лошади и люди,— отметил он про себя и поднялся на ноги. Он выпрямился и напряг мышцы, его широкая грудь поднималась и опускалась в такт мощному дыханию, он внимательно прислушивался. Чувствительные ноздри, ищущие подкрепления свидетельству ушей, ловили послание, которое нес на легких крыльях Уша-ветер: острый запах Тонгани-бабуина, такой сильный, что почти заглушил другие запахи... Едва уловимый дух следа Сабор-львицы и сладкий, сильный аромат Тантора-слона. Один за другим человек-обезьяна читал эти невидимые послания, принесенные ему Ушой-ветром, но все это было не то. Его интересовали только те запахи, которые рассказывали о людях и лошадях.
Почему люди и лошади двигались ночью? Кто были эти люди? Тарзана интересовало это, ему нужно было знать, кто разгуливает по джунглям в такое неподходящее для верховых прогулок время. Животные хотят знать, что делают их враги. Тарзан лениво потянулся и пошел вниз по скату холма в том направлении, откуда двигались незнакомцы.
«Стрелок», спотыкаясь, брел в темноте. Никогда еще за двадцать лет свободной жизни он не испытывал такой физической усталости. Каждый шаг казался ему последним. Он так утомился, что даже не проклинал своих захватчиков, он просто не испытывал никаких чувств, а в голове «Стрелка» творился настоящий хаос.
Но даже самые длинные путешествия в конце концов завершаются. Кавалькада повернула в ворота деревни разбойника Доминика Капитьеро, и «Стрелок» был препровожден в хижину, где упал на твердый земляной пол, после того как веревки, стягивавшие его руки, были развязаны. Он спал, когда ему принесли еду, но пробудился, ибо голод и жажда мучили его. Кое-как наевшись и напившись, снова растянулся на полу и заснул. Уставший и недовольный бандит дремал на посту у входа в его хижину.
Тарзан пришел к скале над деревней. Бандиты сновали туда и сюда, выходили за ворота. Полная луна бросала свой разоблачающий свет на все происходящее, освещая людей и лошадей.
