Однажды группа туристов, отправившаяся в поход по скалам Израиля, встречается с путешественниками, решившими исследовать местную пещеру. Девочка хочет почувствовать себя исследователем, поэтому уговаривает маму тоже забраться в темный тоннель и встретится с настоящим испытанием.
Как можно описать страх? Это ощущение в теле, минутная вялость, сухость под языком или расстройство желудка перед экзаменом. Может быть ступор, замирание, обморок? Возможно ли скрыть свой страх, сделать вид, будто бы ничего не происходило или по выражению вашего лица школьная учительница поймет, что домашнего задания не оказалось в портфеле? А что, если страх – это большая косматая собака, выбежавшая на вас из подворотни. Ноги трясутся, пульсируют, будто вы резко перестали ощущать почву под собой. Свободное падение. Первые мгновения во время прыжка с десантным парашютом. Как человек, несмело покидающий кабину самолета на высоте, ребенок приходит в наш мир, прощаясь с чревом матери, которая в родах цепляется за ручки кресла и в напряжении ждет крика новорожденного.
Вам наверняка известно о многоликости страха, но что, если я скажу, что у него есть вкус? Что я имею ввиду? Нечто, не похожее на классическое представление об этом слове. Можно попробовать изысканное блюдо в ресторане, попытаться угадать, какие ингредиенты были использованы для его приготовления. Сомелье способны назвать регион, где произвели конкретную бутылку вина, рассказать о вкусе в мельчайших подробностях, разложив его на ноты. Художник, пишущий картину, может облизать кисть и почувствовать на языке сладость краски. Это и будет вкусом его творчества.
А что на счет страха?
Израиль. Пеший поход. Небольшая группа остановилась у скалы, где стояли палатки других путешественников. Новоприбывшие шли пешим маршрутом на протяжении восьми километров, осталось пройти еще столько же под палящим солнцем. Тридцатиградусная жара. Даже тень не спасает, пот льется градом. Хорошо, что дальше путь лежит по горному ручью.
У скалы росли высокие акации, раскинулись заросли кустарника, под небольшим уклоном лежали булыжники и россыпи камней поменьше. Группа с облегчением побросала рюкзаки на землю и расселась у скалы. Люди стали расстегивать рюкзаки, шуршать пакетами, щелкать крышками от контейнеров и греметь жестяными чашками. Начался привал. Сыр на бутербродах поплыл и свис с хлеба. Запахло сосисками, колбасой и свежими огурцами. Туристы не вписывались в общий пейзаж. Их фигурки будто бы вклеили в детскую аппликацию. Аскетичный горный ландшафт редко видел столько разноцветной одежды. Того же эффекта можно добиться, если заменить фигуру с картины «Христос в пустыне» на веселого южного паренька с кукурузой и красным от загара лицом.
Навстречу обедающей группы из расщелины в скале вышли две фигуры. Туристы оживились, компания из двух мам и их дочерей завели оживленный разговор с путешественниками. Оказалось, что в скале есть пещера, наполненная водой. Куда она ведет пока не было понятно, но ребята собирались это выяснить. Одна из дочерей поделилась с путешественниками своим бутербродом, за что они ее сердечно поблагодарили и пригласили вместе с ними пройтись по пещере. Она радостно приняла приглашение, возбужденно потерла руки и улыбнулась встревожившейся маме. Путешественники уверили женщину, что с ее дочерью все будет в порядке, пещера хоть и узкая, но опасностей они в ней не обнаружили. Обыкновенная дыра в скале, в которую просочилась дождевая вода. Единственное, что могло напугать девочку, так это летучие мыши, которые спят на сводах пещеры. Спустя пару минут уговоров, женщина дала добро, но при условии, что пойдет вместе с дочерью.
