Первый том романа "Таурус" – это история взросления и становления юного Бату Фалиха, решительно и настойчиво идущего к своей цели. Ему предстоит пережить эйфорию первого полёта на звездолёте и знакомство с новым миром и чуждой культурой, познать муку любви и боль от потери близких людей. Но "Таурус" – это не только роман взросления, но и дух приключений. Пряная атмосфера планеты барханов вовлекает читателя в мир колоритных восточных традиций, где он погружается в столкновение разных цивилизаций и религий, а также становится свидетелем противостояния между прогрессом и деградацией, между знаниями и невежеством.
Гидравлические стойки звездолета с натужным шипением появились из нутра и, расправив опутанные кабелями массивные «суставы», коснулись земли. Корабль с обратной геометрией крыла вздрогнул на своих подпорках, немного просел и замер. Опаленные сопла принялись угасать, сменяя гул на утробное рычание, а затем на пульсирующее шипение, пока совсем не умолкли, уступив шуршащей тишине космодрома.
Дарья спустилась по поцарапанному трапу вслед за первым пилотом и, потирая затекшую от долгого сидения шею, осмотрелась. На залитом охровым светом звезды космодроме жизнь шла своим чередом: из ангаров доносился выдающий ремонтные работы металлический стук; роботы таскали в грузовой корабль ящики и детали какого-то агрегата; а технологи, незлобливо споря о рабочих моментах, возились под крылом небольшого звездолета.
Планета Таурус отличалась теплым, а к экватору весьма жарким, засушливым климатом с частыми песчаными бурями в северном полушарии. Это была, как выразился один из членов первой экспедиции, «Сахара под боком у красного карлика»: большую часть планетарной поверхности покрывали песчаные пустыни и каменистые плато со скудной растительностью, лишь вблизи мелких и крупных озер сменявшиеся на зоны с лилового цвета кустарниками и редкими коренастыми деревьями. Океанов и морей здесь не было, для этого на Таурусе просто не хватало природных запасов воды, поэтому всю поверхность планеты барханов составлял по сути один суперконтинент Аврора. Отсутствие океанов делало климат на суперконтиненте еще более жестким и невыносимым, усиливало суточные и сезонные колебания температур и способствовало частым ураганам.
Небо здесь имело выраженный розоватый оттенок, переходящий у горизонта в холодные аметистовые и фиолетовые тона. Два естественных спутника бледными полумесяцами висели над небосводом, впечатляя и одновременно пугая своей близостью и внушительными размерами. Их близость была причиной не только выраженных приливов на побережьях немногочисленных крупных озер, но и периодических землетрясений и бурь на Таурусе. Трагический конец этого мира в будущем был неизбежен: под воздействием гравитации через полмиллиона лет обоим лунам предстояло упасть на Таурус, прекратив таким образом свое и его существование. Но пока планета барханов с неизменной свитой спутников размеренно шла по своей орбите, чередуя однообразные дни и слабовыраженные времена года.
Дарья прищурилась, глядя из-под козырька ладони на местное солнце – красную звезду Тау, затем обернулась и только теперь внимательно изучила взглядом Главные Врата космодрома, возведенные у восточной границы взлетной площадки. Из иллюминатора Врата показались девушке странными, даже нелепыми f-образными сооружениями, «смотрящими» друг на друга скошенными верхушками, но сейчас с земли они выглядели внушительными двадцатиметровыми гигантами, между «головами» которых светилось и дрожало силовое поле. Далеко за Вратами через бродящую дымку пустыни виднелись постройки разного назначения, радиолокационная станция и подъемные краны. Пустынная равнина тянулась до горизонта, переходят там в холмы, а затем и в горы с отвесными склонами. Убегавшие от космодрома трещины расчерчивали пересушенную каменистую почву на километры, покрывая равнину паутинным узором до самого взгорья; песок янтарно-чайного цвета носился над ней, то проваливаясь в углубления, то взлетая веером в воздух. С шорохом огибая трехметровую стену из стали и закаленного стекла, он обрушивался на громадные плиты взлетной площадки, залетая в еще не зачехленные сопла звездолетов, проникая в ангары и забивая собой все щели. Дроиды-уборщики неустанно вычищали территорию, но сегодня их работа не имела конца, ведь посещавшие космодром вихри снова и снова забрасывали на площадку порции песка.
Теплый ветер ударил Дарье в лицо, она глубоко вдохнула, наполнив легкие местным воздухом и ощутив странную смесь запахов: здесь пахло смолой, корицей и старой древесиной одновременно, однако запахи эти были слабыми и ненавязчивыми.
Первый пилот тем временем переговорил о чем-то с техниками и позвал через гарнитуру связи коллегу, указав в сторону непримечательного здания космодрома. Дарья Белых, второй пилот корабля, ответила ему и тут приметила приступивших к разгрузке их корабля дроидов. Экипаж из двух человек доставил в колонию пятьдесят тонн груза и теперь решил отдохнуть в предоставленных номерах, чтобы на следующий день отбыть уже с грузом с Тауруса, значительную часть которого составляли местные материалы для изучения: пробы почв, воды, минералы из разных пластов, растения, а также мобильная лаборатория с местными микроорганизмами.
