Дальше шел перечень способов уничтожить человеческое тело, усеянный значками и подписями, только «сожжение» украшал восклицательный знак. Здесь Рей бы поспорил и поставил на утопление в Гнилом, не выдающем свои тайны.
«Найти Флинна!» – гласила последняя запись, тоже перечеркнутая. Наверное, бургомистр переговорил с Лилианой и узнал, что ее сынок потерял все воспоминания о расследовании. До чего же он мог докопаться, если заинтересовал бургомистра?
Вернув все на прежние места, Рей перелетел на подоконник, выбрался наружу и снова открыл дверь к своей магии.
Та хлынула на него потоком, вместе с воспоминаниями о жизни в королевстве.
Стоило подумать об этом, как память услужливо подбросила схемы расследования и порядок действий, затем множество эпизодов их с Адель «общения», но ни одного – с Ребеккой.
Как у нее дела? Справляется ли с таверной? Конечно, справляется, под нежной белой шерсткой этой кошки прячется стальное нутро. Еще с ней Дилара, Анита и Долорес, которые не дадут в обиду. Но чем больше Рей думал о Бэкки, тем сильнее его скребло беспокойство, поэтому он взмахнул крыльями и полетел к таверне.
Наблюдать сверху за жизнью Дагры всегда было занимательным занятием. Особенно приятным его делало то, что жители редко задирают голову, чтобы поглазеть на птиц. Так и Драммонд спускался по крыльцу «Лунной кошки», не замечая ничего вокруг. Он кивнул кому-то и важно пошагал к своему дому.
Плечо Бэкки обладало особым свойством: стоило там устроиться, как Рей забывал все тревоги и настроение само собой ползло вверх. Обычно воздействие чужого дара ощущалось как вмешательство извне, но утешение Бэкки всегда работало мягко и ненавязчиво. Она не стремилась использовать свою магию, поэтому та текла легко и приносила радость другим.
Еще Ребекка виртуозно справлялась с ролью управляющей. Она порхала по таверне, улыбалась всем, изредка делала тактичные замечания, и все вертелись вокруг, как детали часового механизма. Рей сразу представил, что так же легко и непринужденно она могла бы порхать по натертому паркету родового поместья, отдавать распоряжения слугам и устраивать приемы. Потом занималась бы с детьми и радовала мужа идеальной внешностью и доброжелательным нравом. Постепенно рядом с поместьем вырос бы конный завод, лошади с которого продавались бы за десятки тысяч. Или что-то другое, подошедшее деятельной благородной даме.
Была бы счастлива сама Бэкки? Нашла бы она свое утешение в заботах о доме, детях и любимом деле, каждый шаг в котором нужно согласовывать с мужчиной?
Нет. Ребекка Коул, как истинная кошка, заслуживает свободы и независимости. Хотя к чему себя обманывать? Временами Рею хотелось запереть ее в спальне и обложить со всех сторон подушками, чтобы ни одна капля грязи населенных территорий не коснулась Бэкки и не заставила ее улыбку потускнеть.
– Ты сегодня молчалив. – Она еще раз обошла опустевший зал и отдала распоряжение протереть столы и вымыть пол. – Как там корова? Дилара рассказала о твоем желании ее проведать.
Долорес хмыкнула, затем со злостью бахнула швабру в ведро и мокрой тряпкой разогнала грязь. «Вечерние» проделывали подобное в другом углу, но Бэкки пока не вмешивалась.
– Проголодалась? Да брось, я пошутил насчет тех кусков, накормлю тебя нормальным ужином. Кошечка моя!
– Это так мило! Спасибо. У меня тоже есть для тебя сюрприз. Представляешь, дядюшка Ульриха делает отличные клетки для птиц…
– Ребекка, нет!
– Я закажу ширму с купальщицами. Тебе будет над чем посвистеть!
– Ты ведь шутишь?
Она неопределенно пожала плечами, затем мягко попросила официанток мыть полы с результатом, а не на скорость.
