До самых ворот дома Мирза-Ахмеда мы проговорили на эту тему. Мы поздоровались и расцеловались с присутствующими. Товарищи были очень обрадованы нашему возвращению.
За исключением Саттар-хана и Багир-хана, на совещании были все главные руководители революции; что же касается Сигатульислама, он не мог прийти по болезни. На присутствие же Саттар-хана и Багир-хана не согласился я сам, так как прежде всего нам предстояло обсудить именно их образ действий.
Первое слово было предоставлено Мирза-Ахмеду Сухейли. Он вкратце информировал собравшихся о положении вещей.
- Важнейшие перемены в Тавризе, происшедшие после вступления в город русских, заключаются в следующем, - начал он. - Подобно тому, как покинувшие город революционеры возвращаются обратно, так и бежавшие из революционного города контрреволюционеры возвращаются обратно. Русские не чинят препятствий ни незмие, ни появляющимся на улицах в вооружении местным жителям; однако на Тавриз-Джулъфинской и Тавриз-Карадагской дорогах многих задержали и разоружили. По выходе из турецкого консульства Саттар-хан составил из своих приверженцев конницу в триста человек. Столько же человек имеется у Багир-хана. Содержание их причиняет Энджумену огромные затруднения, так как ни город, ни Энджумен не обладают необходимыми средствами. Вот почему Энджумен стремится отыскать новые источники доходов и обложить население новыми поборами, а это приводит порой к серьезным недоразумениям. Так, обложение налогом транспорта, курсирующего на Джульфа-Тавризской шоссейной дороге, вызвало энергичный протест консула Что касается внутренней контрреволюции и духовенства, разумеется, возникновение подобных конфликтов доставляет им огромную радость. Гаджи-Мирза-Гасан Мучтеид и Мирза-Керим Имам-Джума, восседая в летней резиденции царского консульства (Неймет-Абаде), стараются создавать побольше таких конфликтов. Помимо того, враги революции заронили в голову Саттар-хана новую идею - поход на Маку. Что же касается Иджлалульмулька, стоящего во главе страны, то это человек слабый, лишенный всякой инициативы. В настоящее время в городе нет единовластия. Власть сосредоточена в руках нескольких лиц: одно из них Багир-хан, второе - Саттар-хан, третье - считающийся официальным правителем Иджлалульмульк, четвертое - царский консул. Казнь Мир-Гашима и сторонников бывшего шаха в Тегеране дала Саттар-хану новую мысль. В свою очередь он думает привезти из Неймет-Абада мучтеида Мирза-Гасана и Мирза-Керим-агу Имам-Джума и казнить их. Меж тем оба они находятся под покровительством правительства царя и живут в летней резиденции консула. Одним из последних действий Саттар-хана является разгром и разорение сел, принадлежавших бывшему шаху. Деревни Зал, Ямчи, Дизенчи разграблены. А ведь во время грабежа этих сел, в первую очередь, страдает местное крестьянство. Этих крестьян грабили и во времена Мамед-Али-шаха, грабят и теперь. Саттар-хану следовало бы задуматься над этим. Самой главной ошибкой является то, что все руководители революции отстранились от работы и сидят дома. Это происходит оттого, что нет организации. Вернее, больше никто с ними не считается.
Мирза-Ахмед кончил. В своих речах все последующие ораторы подтвердили его слова. Но никто не сказал, как выйти из настоящего положения?
Что касается меня, я находился в Тавризе всего несколько часов, и мне было трудно определить положение со слов двух-трех лиц. Вот почему надо было повидаться с Ниной и узнать о намерениях консульства. Не желая, однако, чтобы наше первое заседание прошло безрезультатно, я решил высказать свои взгляды и поделиться впечатлением, вынесенным из слов некоторых товарищей.