- Господин сардар, эти проходимцы не действуют сами по себе. Ардебильские федаисты не настолько сознательны, чтоб разбираться в царских кознях. Царское правительство старается найти в Ардебиле благоприятную почву для вмешательства. В настоящее время губернатор Ардебиля Рашидульмульк сидит в русском консульстве. Не сегодня-завтра и новый генерал-губернатор Фатэхуссултан, не справившись с внутренними неполадками, встанет под покровительство русского консульства, и в результате всего этого царская армия займет Ардебиль. Таково положение в настоящее время.
- Мы захватим с собой и наших ребят, ардебильские бунтари не слышали еще звуков наших бомб. Привести их к подчинению не так уж трудно.
Я промолчал, я боялся возникновения ссоры. Мы, во всяком случае, не могли принять участие в этой экспедиции.
Во-первых, мы не имели согласия местных организаций, во-вторых - не могли пойти на то, чтоб прибывшие со стороны партийные товарищи были отправлены в Ардебиль и Карадаг служить в рядах правительственных войск.
Мы знали, что национальный герой потеряет в этой экспедиции имя и славу, завоеванные за время революции, и потому местная организация стремилась остановить его.
Но наши советы не могли повлиять на Саттар-хана, он надеялся, что Тегеран поручит ему управление Азербайджаном, и мечтал о том, чтобы поставить Тегеран перед совершившимся фактом.
Однако национальный герой не понимал и не видел, какого врага имеет он в лице царского правительства.
Он не видел ничего невероятного в том, чтобы управление страной, считающейся царской колонией, могли поручить герою революции.
- Кто из ребят отправится со мной? - спросил Саттар-хан.
- Пока ничего не могу вам ответить.
- Во всяком случае, 28 августа мы должны выступить из Тавриза. Бросьте собирать заседания и совещаться с товарищами. В дни революции мы убедились, что обилие заседаний и совещаний иногда вредит. Товарищу самому прекрасно известно, что в подобных делах нужно действовать самостоятельно.
Почувствовав, что я не дам решительного ответа, герой революции поспешил переменить тему.
- Наше дело не кончается на том, чтобы совершить революцию, надо суметь сохранить, защитить и распространить ее. Выступление, которое я думаю предпринять, всецело отвечает этому требованию. Вот почему каждому из вас надлежит собрать, объединить все имеющиеся в его распоряжении возможности и создать общее движение.
- Верно! - отозвался я. - Мы сами стремимся к тому же. Пока все силы и средства не будут объединены, не следует говорить о победах и достижениях. Если господин capдар разрешит, мне хотелось бы высказаться несколько откровенней.
- Ну, конечно, если мы в течение ряда лет работали рука об руку, почему бы нам не поговорить откровенней?
- В истории иранской революции господин сардар завоевал неувядаемую славу. Это говорю не я один, это утверждает вся иностранная пресса. Что касается нашего второго долга, он состоит, как то изволил заметить господин сардар, в объединении всех сил и совместном выступлении. Но я не вижу, чтобы слова господина сардара "общее движение" претворялись в жизнь. В настоящее время в Тавризе четыре власти. Во-первых, настоящие господа страны - царское правительство и его консул. Они, как это хорошо известно сардару, вмешиваются во все дела Азербайджана. Во-вторых, организация Саттар-хана...
- Нет, товарищ, я не власть!! - живо запротестовал Саттар-хан.
- Простите! - заметил я, - но всеми своими поступками вы доказываете, что вы - власть. Раз вы кого угодно облагаете налогом, раз вы обладаете вооруженной силой, раз вы хотите руководить всей страной, вы должны признать, что вы - власть! Третья власть - господин Салари-милли Багир-хан. Его организация - прообраз вашей. Четвертая - это местная власть, внешне подчиняющаяся центру, в действительности же являющаяся слепым орудием в руках царского правительства, это - правительство Иджлалульмулька. Физиономия власти, существующей ныне в Азербайджане, неопределенна. Самым правильным было бы назвать это анархией. Да иного результата подобное положение и не могло бы дать. Оно, как нельзя больше, на руку царским дипломатам.
- Что вы хотите этим сказать? - спросил Саттар-хан, сурово глядя на меня.
- Я хочу сказать, что ни центральное правительство, ни царский консул не допустят, чтобы господин сардар имел самостоятельную вооруженную силу и вмешивался в государственные дела. В ближайшее же время, по требованию царского консула, местная власть должна будет разоружить вас, мы же против такого финала.
МУХБИРИССАЛТАНЕ
Мухбириссалтане стал правителем Тавриза в самую туманную пору. Власть в городе в это время находилась в руках нескольких лиц. Не только Саттар-хан и Багир-хан, но и те, кто в дни революции защищал различные части города, стали теперь "властью" в своих районах. Чтобы сосредоточить власть в своих руках, Мухбириссалтане предстояло приложить немало усилий. Даже Али-Мусье и его сыновья, принимавшие активное участие в тавризских боях, считали нужным вмешиваться в государственные дела.
