Послышалась команда. Войска разбились на три отряда. Один из них двинулся на нас с севера, другой с юга. На обоих концах вспыхнула ожесточенная перестрелка.
Я со своим отрядом скрывался в домах, расположенных на центральной улице, ведшей в город. По данной заранее инструкции с нашей стороны не было произведено ни одного выстрела. Я разглядывал Смирнова в бинокль. Он тоже, вооружившись биноклем, осматривал наши позиции. Не видя никакого движения и не подозревая засады, Смирнов, видимо, решил, что в занятых нами домах нет ни души и что мы, бросив центр, сосредоточили свои силы на севере и на юге. Во главе конницы, человек в двести, Смирнов поскакал в нашу сторону. Вот он уже на том самом месте, где некогда обрел свое счастье, где впервые увидел матовое, напоминающее лепесток лотоса, лицо Махру и впервые поцеловал ее нежные тонкие пальцы.
На одно мгновенье я углубился в воспоминания. В ушах зазвучал голос Смирнова, рассказывавшего мне о первом свидании со своей возлюбленной:
"На улицах стемнело. С минарета раздались последние звуки азана, призывавшего правоверных к вечерней молитве. Похожие на рай, восточные дворцы, укрывшись в мрачных объятиях кирпичных стен, готовились отойти ко сну..."
Держа в руке тяжелую бомбу, я припоминал слова Смирнова:
"С минарета раздались последние звуки азана..."
- Кончай свой азан! Для освобождения Востока от цепей империалистов и колонизаторов нужен не твой азан, а ликующий грохот бомб революции...
Конница была близко.
- Вперед! - скомандовал Смирнов, скакавший впереди.
В его правой руке сверкала обнаженная сталь шашки. Когда он был совсем уже около нас, я поднял руку. Адское пламя вспыхнуло под копытами коня командира, и послышался душераздирающий вопль Смирнова. Густая пыль и клубы дыма обволокли всю улицу.
Я бросил в ту сторону еще три бомбы.
Стоны, крики, ржанье, топот лошадиных копыт покрыли грохот взрыва. Более часа продолжался ожесточенный бой среди пыли и дыма. Все атаки казаков были отбиты с огромными для них потерями, и они, в конце концов, вынуждены были отступить.
Последние атаки казаков преследовали цель - подобрать тело своего командира, но они были напрасны. Даже в случае успеха они не смогли бы найти среди сотни лошадиных туш, в груде человеческих тел, в кучах вывороченных камней разодранное на куски тело Смирнова.
ТОМ 2
КНИГА ТРЕТЬЯ
ПРОВОКАЦИЯ ЦАРСКОГО КОНСУЛА
ОБРАЩЕНИЕ К НАСЕЛЕНИЮ ТАВРИЗА
Жители Тавриза! Бедняки, рабочие, крестьяне, ремесленники и передовые, прогрессивные служители религии!
Захватническая политика царского правительства вынудила нас на схватку с оккупационной армией. Царские солдаты истребляют нас, а мы в свою очередь уничтожаем их, но одного не забывайте, что русские солдаты стреляют в нас по принуждению. Вас обрекают на гибель царские офицеры - дети помещиков; дворян и капиталистов; солдаты же выступают против братьев по классу лишь под угрозой арестов и казней. Они привезены из далекой России на Восток для защиты колониальных интересов царизма. Вот почему вы должны быть человечны с русскими солдатами - детьми русских рабочих и крестьян, оказывать помощь раненым и почтительно относиться к памяти убитых.
Ухаживайте за русскими ранеными, как за своими, не бросайте трупов русских в колодцы, бережно складывайте их в назначенные места.
Тавризцы, взявшиеся за оружие и вышедшие на революционную борьбу, должны знать и помнить, что мы восстали не против русского народа, а против царского правительства, эксплуатирующего не только иранскую бедноту, но и русский народ. В борьбе с царским правительством и они, и мы добиваемся одной и той же цели.
Будьте сознательны, ведите себя, как подобает революционерам.
Исполняющий обязанности правителя
Начальник незмие Амир Хашемет*.
______________ * Тавризский революционер, стоявший во главе революционного незмие (охраны общественной безопасности).
К выпуску такого воззвания имелись серьезные основания.
Царский консул распространял среди проживающих в Тавризе иностранцев, и, в частности, среди русско-подданных, провокационную клевету о том, что дикие и некультурные тавризцы якобы готовятся вырезать европейцев.
В этой провокации царского консула не было ничего необычайного. Известно, что, захватывая восточные страны, европейские державы всегда твердили и твердят о своем намерении цивилизовать дикарей и спасти культурное человечество от варваров. За этими громкими словами о культуре и цивилизации они пытались и пытаются скрыть свои завоевательные планы.
Своей гнусной клеветой царский консул добился разоружения революционного незмие. Но революционные бойцы Амир Хашемета до конца следовали призыву своего руководителя и начальника. Они не позволили нанести ущерб ни одному европейцу, в частности, ни одному русскому подданному в Тавризе. Они на деле доказали, что тавризские революционеры борются в действительности не против русского народа, а против царя, который в поисках новых рынков для своих капиталистов бросает русский народ на новые кровавые завоевания.
