— Нет уж. Хватит с меня походов в ресторан, — я хмыкнул. — Посидим у меня? Я ужин приготовлю, так уж и быть. Не смотри на меня так скептически. Думаешь, я не умею готовить?
— Не думаю. Просто это странно. Да и зачем это все?
— Ничего странного. Нам просто нужно поговорить, тебе так не кажется?
— Я поняла. Хорошо. Пускай этот вечер будет достойным завершением сегодняшнего дня, — я расцепил руки, Гермиона спрыгнула на пол и быстро вышла из квартиры.
И о чем я хочу с ней поговорить? Правильно мне Малфой намекал, что я веду себя в последнее время слегка неадекватно. Ладно, решим на две головы, что делать дальше. Необходимо серьезно поднять тему дальнейших отношений. Если бы она сама требовала каких-либо решений, действий и поступков, все бы давно разрешилось само собой. И скорее всего это была бы точка.
Размышляя таким образом о бренности мироздания, я не торопясь готовил обещанный ужин. Простой ужин, без каких-либо изысков.
В девять часов раздался звонок. Впустив Гермиону внутрь, я галантно подвинул ее стул. Выглядела она так же, как в тот неудавшийся поход в ресторан. Посмотрев на меня, она улыбнулась и произнесла:
— Дубль два. Кажется, ты так говорил когда-то?
Я молча разлил вино по бокалам и только сел на свой стул, как раздался звонок моего телефона. Бросив быстрый взгляд на дисплей, я увидел, что звонит Рег. Вряд ли он захотел поздравить меня с Рождеством.
Я гипнотизировал телефон и не торопился отвечать, предчувствуя, что ничего хорошего этот звонок не принесет.
— Может, ответишь все-таки? — тихо спросила Гермиона. — Наверное, что-то случилось, раз так настойчиво пытаются до тебя дозвониться.
— Я сегодня работаю исключительно сантехником и строителем. Сомневаюсь, что у них там прорвало трубу и теперь заливает весь мой этаж, — я сам услышал злобные шипящие нотки в своем голосе и нажал кнопку отмены вызова. Спокойно, Северус, они смогут один вечер обойтись без тебя. Через секунду звонок повторился. Одновременно с этим телефон Гермионы тоже стал издавать звуки какой-то мелодии. Она достала его из своей сумочки и хмыкнула.
— Думаю, до тебя дозвониться — это дело принципа всего Хогвартса, — она протянула мне свой телефон, на дисплее которого высвечивалось имя «Маркус Флинт». Я взял протянутую трубку и провел пальцем по дисплею.
— Снейп.
— А... эм... Доктор Снейп, это было слегка неожиданно, — как-то сконфуженно проговорил доктор моего отделения.
— Я вас внимательно слушаю, Маркус. Надеюсь, причина, по которой вы меня так старательно ищите действительно уважительная.
— Да. У нас за последний час много поступивших, причем все в тяжелом и крайне тяжелом состоянии. Вызывают всех реаниматологов-анестезиологов и хирургов, до которых могут дозвониться, независимо от их рабочего графика. У нас просто не хватает людей, доктор Снейп. Даже Сириуса выдернули. Регулус очень просит, чтобы этой ночью ему помогали вы, — я посчитал про себя до десяти, стараясь успокоиться и не накричать на ни в чем не повинного молодого доктора.
— Через сколько операция?
— Четыре уже идут. Причем я разрываюсь между двумя столами. Вы прекрасно понимаете, что у меня не хватает опыта правильно вести двух пациентов одновременно. Две планируются, но не хватает персонала.
— Я выезжаю, Маркус. Только не паникуй, — я зачем-то положил телефон в карман и посмотрел на девушку. — Ты не поверишь...
— Но тебе нужно идти. Я слышала. Видимо не судьба нам нормально поговорить, — тихо проговорила она и встала из-за стола.
— Гермиона.
— Да?
— Ты можешь остаться у меня. Я правда не знаю, когда смогу вернуться.
— Спасибо, но одна я ночевать не привыкла. Тем более в чужом доме.
В клинику я поехал на машине и спустя две минуты уже был на месте.
Хогвартс напоминал военно-полевой госпиталь. Все пострадавшие были из одной компании. Эта самая компания умудрилась взорвать весь свой боезапас петард прямо в комнате. Кому пришла в голову столь гениальная идея, выяснить так и не удалось.
Таким образом, в больницу в тяжелейшем состоянии поступило пятнадцать человек. Все они были с разной степенью повреждениями, включающими как механические, так и термические травмы.
Наскоро вымывшись, я встал за два стола, готовя пострадавших для Рега и Геларта. Ситуация осложнялась тем, что все эти недоумки оказались изрядно навеселе. Становилась понятна паника Флинта. В этой ситуации оценить состояние людей правильно не представлялось возможным. Естественная анестезия заглушала и стирала всю клиническую картину. Труднее всего приходилось именно анестезиологу. Как правильно рассчитать дозы препаратов и не усыпить больных навечно?
Совсем не вовремя в голову закралась мысль, что люди в основном не понимают те или иные действия медиков. Например, они не понимают, почему их с сильными болями в животе никто не спешит избавить от этой самой боли. И жалуются на бесчувственных скотов, наслаждающихся мучениями простых обывателей.
