– Это не совсем моя идея, – сосредоточенно отозвался Циник. – Её придумал мой отец, когда работал сам… На месте преступления считают гильзы и отпечатки пальцев, но не бутылки с выпивкой.
Кафе залил яркий электрический свет. Агенты одобрительным гоготом встретили изгнание полутьмы и направились к стойке. В следующее мгновение воздух разрезал ироничный голос владельца кабака.
– Ребята, на халяву здесь сегодня вы сможете получить только по дырке в голове. Разрешаю вам указать на ту часть головы, где искомая дырка не будет мешать!
Агенты признали, что им пришла пора умереть. Расстроились очень. Оружие достать не успели.
Труп – та вещь, которую не выкинешь на помойку или в ближайшие кусты. От него надо избавляться более сложным способом. Полицейскому сержанту Тому Литтлу не везло, труп застреленного им же напарника никак не мог обрести пристанища:
Знакомый авторитет из Портовой зоны напрочь отказался помочь! Когда-то Литтл его отмазал от тюрьмы и за ним должок. Только должок длиной в два-три года заключения, а укрывательство трупа копа – электрический стул. Ищи там, где выгодней!
Сжечь труп в печке крематория – можно. Но можно через пару дней, а сегодня никак. Так сказал печник из Вестсайда. Левые трупы не принимаем – умолять бесполезно!
На «Старом кладбище» никто не брал трубку. Либо сторож больше не сторож, либо сменил номер. Либо куча других «либо». Прошло 38 месяцев с момента последней встречи. Три года – большой срок для человека в большом городе.
Доктор Токсин. Ударение на первую «о». Морг. Старший патологоанатом в Западном Голливуде. Он пару раз помогал Полю Рыбнику избавляться от нежелательных покойников. А когда сам лейтенант стал таковым – отказал ему в привилегии стать «неопознанным трупом», и быть похороненным за государственный счет. Наотрез! Причины отказа доктор не озвучил, а выяснить их сложно за рулём: одновременно следя за дорогой и разговаривая по мобильному. Остановиться и спокойно повыспрашивать – нельзя. Это не страх – это диагноз! События развивались слишком быстро и неожиданно: Литтла хватало только на совершение поступков, без оценок и выводов!
Так ничего и не сделав с Рыбником – Литтл развернул «Хаммер» от Лос-Анджелеса и поехал к океану. Туда, куда он и собирался изначально. Труп – трупом, а миллион – миллионом. Настала пора начать тратить денежки! А тачку с телом полицейский сержант сбагрит приморским контрабандистам. Труп утопят, а «Хаммер» вывезут в Азию или в Россию – для продажи.
Нет ничего лучше, чем вовремя поднятое себе настроение. Какой удачный день! Уже чувствуется океан.
– Ла-ла-ла! – пело радио.
Петлистая дорога сузилась благодаря рельефу. Осторожней на повороте! Stooop! Со скрежетом тормозных колодок «Hummer» резко встал.
– Что за хрен!?
Посреди улицы, перекрыв проезд, стояло авто с фургоном. Чуть впереди, ровным полукругом, выстроились двенадцать мужчин. В белых санитарских халатах! Хрен не таков, а таковы 12 Киллеров мистера Фэйса, а сзади их труповозка.
Двенадцать стволов мини-автоматов, нацеленных на «Хаммер» – вот что увидел Литтл, всё остальное – мозг отодвинул на второй план.
Из-за поворота вывернул кабриолет: шофер успел крутануть руль и надавить на тормоз. Кабриолет развернуло на дороге. Задний ход «Хаммеру» теперь, по большей части, перекрыт. Как и передний…
Киллеры не пошевелились, мини-автоматы не дрогнули. Лишь породистые лица заухмылялись.
– Ловушка… классическая… – завыл Том Литтл. – Как из таких ловушек выбираются герои? Или даже они не выбираются?.. – Сейчас не время для вопросов, отвечать парни со стволами всё равно не будут. Литтл кинул напряженный взгляд и вправо и влево. В зеркала заднего вида. Так-так-так:
– Приехал спаситель, нет?
Из-за руля кабриолета вышел Данте: в длинной синей хламиде, в красных кожаных сапогах. Двухдневная щетина. На пальце фамильный перстенёк, в руке трость. Поэт ехал на финальную встречу с Арлекином, только пришлось притормозить.
– Ба, знакомые всё лица и авто! Старик Галилео был прав: земля круглая и вертится… – усмехнулся эксцентрик. Расклад, что перед глазами – театральный акт или убийство? Впрочем, акт и покойник – в этом театре синонимы. Мистер Фэйс не терпит суеты и отучил от суеты гражданина Бирмингема…
– Мистер Литтл, ваш катафалк прибыл! – гортанно крикнул Пётр. – Доставим с ветерком!..
Двенадцать затворов тотчас же передёрнули двенадцать рук. Синхронно. Сейчас вылетят, как минимум, двенадцать пуль. Из двенадцати стволов. Том Литтл внезапно ощутил, что копы смертны. И что самое печальное – смертны безнаказанно! Лицо сержанта полиции представляло из себя одну мечущуюся гримасу.
– Ла-ла-ла! – пело радио.
Поэт быстро подошёл к шеренге Киллеров, твёрдо встал напротив Петра. Повторил как заклинание:
– Это не суета. Спасти жизнь двум полисменам – всё что угодно, но не суета!
Убийца с библейским именем недовольно поморщился, и… опустил автомат.
– Убирайся! И убирай свою бригаду! – холодно сказал Игрок.
