Театральные комедии. Том 1 полностью

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. О деньгах можете не беспокоиться. Друзья не оставят нас в беде. Верно я говорю, Терентий Янович? (Роман неопределенно покашливает.) И кто сказал, что вас здесь собираются кормить? Кормят в бо-го-дель-нях. А мы лечим.

Входят Игнатушка и Жанна с листом бумаги в руках.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА (кивая в сторону Игнатушки). Еще и как лечим. Расспросите о последней терапии, которую прошел ваш сосед по палате.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. И спрашивать нечего. Ваше лечение заметно без слов – с каждым днем он становится все глупей и затравленней.

ЖАННА. Извините, что вмешиваюсь в ваш консилиум, но время не терпит. Я только что созвонилась с адвокатом, и он сообщил, что одной подписи главврача о диагнозе моего мужа (показывает в сторону Терентия Яновича) недостаточно. Как минимум нужны еще две. Только тогда я, как опекун, смогу распоряжаться его имуществом.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. Давай я распишусь еще два раза.

ЖАННА. Твои подписи уже не действительны.

ИГНАТУШКА. Обычно в газетах в таких случаях пишут – не имеют юридической силы.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. Вот. А вы говорите глупый. Начитанный пациент, только в разговор вмешивается, когда его не просят!

ГОВАРД. Если я смогу, буду рад вам помочь.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. А почему бы и нет! Вы подтверждаете, что этот человек имеет психические отклонения?

ГОВАРД. Ес-c. Его укусил собак, он принял тридцать укол и не помогло. Это знайт мой бивш компаньон по бизнес. (Кивает в сторону Романа.)

РОМАН. Ничего такого не знаю.

ГОВАРД. Как не знаю?! Ви сам говорил.

ЖАННА. Сейчас это к делу не относится. Ставьте свою подпись здесь. (Говард в нерешительности не знает, что ему делать.)

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. Пишите-пишите. Не важно, какая его муха укусила, главное – это имело последствия.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ (удовлетворенно потирает руки). Эти двуногие мухи еще не одного мужика загрызут. (Говард расписывается в бумаге.)

РОМАН (Терентию Яновичу). А ты-то чего радуешься?

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. Предвкушаю, кто станет третьим. Третьим будешь?

РОМАН. Что-то мне эта компания нравится все меньше. Нет, я не согласен.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. А напрасно. Ты же всю эту комедию затеял.

РОМАН. Я как затеял, так и растею. Могу прямо сейчас.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. Не вздумай – испортишь нам представление.

ВЕРА (показывая на мужа). По-моему, он тоже нуждается в лечении. И симптомы у них одинаковы – оба несут какой-то бред.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. И у обоих жены стервы.

РОМАН. Ты бы полегче. Моей еще далеко до твоей.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. А об этом поговорим через годик. Не зря же она так вдохновенно изображала миллионершу. Впрочем, у тебя тоже неплохо получалось. Настоящий толстосум.

ГОВАРД. Ноу, ноу. (Показывает на Романа.) Он не толстый сум. Он бедный, как церковный миш. Его деньги мой. Я владелец его фирма.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. Что вы говорите! (Роману.) Объясните, пожалуйста, как это понимать?

РОМАН (угрожающе). Сначала я объясню этому немцу за мышь…

ИГНАТУШКА. А тут и объяснять нечего. Он гол как сокол. Обанкротился. Денег то уже три месяца от него не видать. Ест, пьет, развлекается… (Смотрит в сторону жены.) Прячется от уважаемого и законного владельца фирмы. (Показывает на Говарда.)

ГОВАРД. Да-да. Я владелец его актив.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. Так вот оно что. То-то я смотрю Терентий Янович последнее время ведет себя странно. Говоришь, прячется. Придется помочь ему в этом.

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. Так сказать, ответить добром за добро.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА (Говарду). Вы как новый владелец нашей больницы не станете возражать, если прибавится еще один пациент, и мы немного полечим вашего должника?

ГОВАРД. Что значит полечим?

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ. Наверное, лечить – это ставить клизмы.

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. Хорошее предложение. Но для приобретения оборудования (пальцами выдавливает воображаемую клизму) потребуются дополнительные средства.

ГОВАРД. Ноу проблем! Я финансируй больниц сколько надо. Только клизма обязателен. Этот джулик прятался три месяц и не хотел отдавать мои доллар.

РОМАН (хватает колокольчик и вскакивает с кресла). Сейчас как двину по твоей башке сначала за мышь, а потом – за жулика.

Вбегают два санитара

ТЕРЕНТИЙ ЯНОВИЧ (в сторону). Похоже, это уже не учебная. (Незаметно для остальных уходит в двери).

АМАЛИЯ ЛЬВОВНА. Господа, соблюдаем спокойствие! Никто не нервничает. (Санитарам, показывая на Романа.) Сеня, определите еще одного пациента в четвертую палату – на место Игнатушки. Пусть немного посидит, может, поумнеет. Да-да, Сенечка, временно, до выяснения всех обстоятельств.