— Юля-я… ты меня слышишь? — позвал он. — Я говорю, переедем вместе. Удобнее будет тебе, в первую очередь. Ну, что? Договорились? — Нет! — порывисто ответила девушка, качая головой, но тут же смягчила тон: — Я… я не знаю… Юля чувствовала, что они подошли к какой-то незримой черте, за которой жизнь может кардинально измениться. Если она поедет к нему, то пути назад не будет.
— Лен, ну вот что мне делать? — растерянно говорила она подруге, когда та заехала к ней вечером. — Я понимаю, что ему тяжело приезжать днем, чтоб стащить мне на улицу коляску, а через час снова приезжать, чтобы затащить ее обратно, или гулять вместе с нами и одновременно отвечать на многочисленные звонки подчиненных. И спать на кухне, где вообще не развернуться, а еще стоит сушка с детскими вещами, и я среди ночи хожу туда по сто раз, чтобы что-то взять. Конечно, у него двухкомнатная квартира, где у каждого была бы своя комната, и лифт есть. Но я вообще не представляю, как жить у него.
— Что именно ты не можешь представить? — совершенно серьезно спросила та, с удовольствием качая на руках малыша, пока Юля гладила детское белье. — Боишься, у себя дома он поведет себя иначе? — Да нет, — Юля задумалась. — Не знаю.
— Мне кажется, зря боишься. Он так трепетно к тебе относится, если бы не знала, что было в начале, ни за что бы не подумала, — быстро проговорила подруга и без перехода поинтересовалась: — Так чего боишься-то? — Просто… Если я перееду к нему, он может подумать, что я согласна «жить» с ним, понимаешь? — В смысле, «спать с ним»? — уточнила, как всегда, прямолинейная Лена.
Юля, вздохнув, кивнула.
— А ты не согласна? — скорее утверждая, чем вопрошая, произнесла гостья.
Девушка медленно покачала головой, не сводя обеспокоенного взгляда с подруги, и твердо произнесла: — Нет.
Лена многозначительно приподняла бровь и вкрадчиво спросила: — А почему? Юля уставилась на нее, не зная, что сказать.
— Слушай… Ну, а ты сама разве не хочешь попробовать? — помолчав, неуверенно произнесла подруга. — Вдруг понравится? — Лена! Об этом даже не может быть и речи, — отрезала девушка.
— Ой, Юлька, не зарекайся,… Оказывается, как в воду глядела ее мудрая и дальновидная подруга. Через пару недель Юля, сама не зная как, дала согласие на переезд к парню в ответ на его, неизвестно какое по счету, предложение. И вообще в последнее время она себя не узнавала: всегда была смелой и решительной, гордилась своей независимостью и самостоятельностью, а сейчас стала какая-то безвольная.
Даже слова не подберешь. То ли беременность и роды на нее так повлияли, то ли присутствие рядом сильного мужчины, рядом с которым можно позволить себе быть по-женски слабой.
И вот они дома. В его квартире. Вещи разложены, порядок наведен. Малыш спит, и наконец-то можно позволить себе душ. Юля стояла, подставив лицо приятным струям, окутывающим теплом все ее тело, когда в какой-то миг ей показалось, что она слышит плач сына. Быстро обернувшись полотенцем, девушка вылетела из ванны, распахнула дверь в комнату и замерла от открывшейся глазам картины.
Саша сидел рядом с кроваткой, свесив в нее руку, а малыш сладко посапывал, крепко вцепившись крошечной ручкой в отцовский палец. Он же вроде ушел.
Вернулся? А она даже не слышала.
Во взгляде парня, обращенном к сыну, было столько нежности, что девушка не решилась нарушить очарование момента. Сделав несколько шагов назад, она прислонилась спиной к стене.
Саша осторожно высвободил свой палец из ручки малыша и, поднявшись с кровати, тихо подошел к ней, кивком головы показывая, что лучше выйти в холл.
— Что случилось? — спросил Степнов озадаченно, старательно отводя взгляд от ее полуобнаженного тела в капельках воды. Она совсем рядом. Такая нежная, такая красивая, самая желанная… — Просто, мне показалось, — начала Юля, но неожиданно замолчала, понимая, что парень стоит близко к ней, слишком близко, и не сводит с нее глаз.
Поддавшись безотчетному желанию, Саша протянул руку и невесомым движением коснулся ее щеки, убирая с лица мокрые пряди волос. Не замечая ничего вокруг, лишь ее красивые глаза, распахнутые в немом испуге, и влажные полураскрытые губы, влекущие своей свежестью, парень дотронулся до них своими губами и замер, чувствуя, что она тут же напряглась и практически перестала дышать. С сожалением оторвавшись от ее рта, он отстранился от девушки, внимательно изучая ее лицо, пытаясь уловить хотя бы намек на то, что ей это приятно.
Юле показалось, что воздух вокруг сгустился, и снова стало тяжело дышать.
Совсем как в… Не смея поднять на него глаз, она так и стояла, прижавшись к стене и боясь пошевелиться. Кровь с шумом била ей в голову, вызывая в памяти картины прошлого, а следом и связанные с ними эмоции. Она уже стояла так, прижатая им к стене, ощущая, как его наглые руки путешествуют у нее под платьем, вызывая отвращение и страх от того, что последует дальше.
