В тот день Владу Семенову исполнилось тридцать три, и вся его жизнь рухнула под откос. Утром вместо поздравлений голос в телефонной трубке холодно объявил, что его сценарий не принят, и что господин Павлов в ближайшие полгода на эту тему говорить с ним не будет. Где-то к обеду позвонила бывшая жена и закатила истерику из-за денег. Глаше все время просто катастрофически не хватало денег, несмотря на то, что он отдавал на детей львиную долю своих весьма приличных гонораров. Вдобавок на мобильник пришло сообщение от приятеля Артема: «Влад, дружище, прости, но сегодня не смогу встретиться с тобой, срочно уезжаю в область по делам. С днюхой тебя!»
Машина на большой скорости заскочила на тротуар, сбив его с ног, и, не останавливаясь, понеслась дальше. Он лежал на снегу и сплевывал кровь из разбитой губы.
— Эй… вы живы? — кто-то осторожно потряс его за плечо.
Влад приоткрыл глаза и постарался сосредоточиться. Постепенно он смог собрать картинку в единое целое: белая шапочка, пушистые волосы, разбросанные по плечам, бледное лицо женщины в свете уличного фонаря.
— Вроде бы живой… пока…
— Давайте попробуем встать. Я вам помогу…
— Не надо. Я сам. — Он медленно встал на четвереньки, затем, покачавшись, поднялся сначала на одно колено и только потом при поддержке незнакомки окончательно выпрямился в полный рост.
— Ну вот, все не так уж и плохо, — криво улыбаясь, произнес он.
— Вы везунчик.
— Не то слово. Вы случайно не заметили номер машины?
— Увы. Я шла вам навстречу, когда из-за поворота выскочила машина. Фары ослепили, и я едва успела отскочить в сторону… Возьмите платок.
Влад отбросил в сторону окровавленный комок снега и приложил к губе носовой платок. Оглянувшись по сторонам, он отряхнул пальто, проверил одной рукой карманы и сказал:
— Спасибо вам.
— За что? — удивилась она и поправила шапочку.
— За то, что не прошли мимо. Это немало, — с этими словами он, махнув на прощанье рукой, пошел.
— Куда же вы? — окликнула она. — У меня здесь рядом машина. Могу подкинуть вас до дома.
Он обернулся.
— Нет, благодарю покорно, не надо. Уже вроде как подкинули. Я в кафе, здесь совсем рядом.
— Если вы в «Ласковый вечер», то это в обратную сторону, — засмеялась она вслед.
Влад замер, чертыхнулся, и беспомощно посмотрел на незнакомку.
— Точно. Еще раз спасибо… ээ… можно узнать, как вас зовут?
— Лиза.
— Спасибо, Лиза. А я Влад. И мне очень хочется пригласить вас на чашечку кофе.
Она стояла на месте, не высказывая ни малейшего намерения идти за ним.
— Поймите, последствия всяких аварий сказываются не сразу. Вдруг мне там, в кафе, станет плохо? Вы в некотором роде несете сейчас за меня ответственность.
Женщина не спеша подошла к нему и назидательно произнесла:
— Во избежание таких неприятностей я бы посоветовала сейчас проехать в больницу.
— Что ж, я подумаю над вашим вариантом, — ответил он и, прихрамывая, пошел в сторону светящегося огнями кафе «Ласковый вечер».
Он остановился у зеркала в фойе и с интересом уставился на свое отражение: взъерошенные, влажные от снега волосы, припухшая верхняя губа с запекшейся в уголке кровью, ссадина на щеке и угрюмый взгляд. Что ж, ни дать ни взять — готовый персонаж для очередного кровавого сценария. Только такой замысел мог бы зародиться сейчас в его гудящей голове.
— Добрый вечер, Владислав. — В зеркало на него озабоченно смотрел администратор. — Что-то случилось? — его черные, как маслины, глаза блестели в отраженном свете от потолочных люстр.
— Привет, Гриша, — он обернулся. — Мелочи жизни. Скользко, дорожки не чистят. Вот и врезался в ледяную корку фейсом. Редкая удача!
— Пойдемте ко мне в кабинет, я обработаю перекисью.
— Не хочу, — категорически отказался Влад. — Лучше позаботься, чтобы мне столик накрыли. Надеюсь, укромное местечко для меня отыщется? — Он вновь занялся изучением своего нового образа.
— Артем Сергеевич еще утром распорядился, чтобы вас встретили по высшему разряду.
— Артем Сергеич твой — сволочь первостатейная. Другу тридцать три стукнуло, а его куда-то черти унесли. Смской он решил отделаться!
— Дела-с… — со вздохом обронил Григорий и подал знак рукой кому-то в зале.
— Ну хоть ты-то выпьешь со мной? — Влад приблизил свое разбитое лицо к лощеной физиономии администратора и вопросительно вздернул брови.
Григорий слегка отпрянул.
— Я бы с удовольствием поднял тост за ваше здоровье, но, сами понимаете…
— Не понимаю… Короче, пожрать что-нибудь мясного, ну, стейк какой или вроде того. И водки.
— Может, коньячку в честь такого случая? Артем Сергеевич сказал, чтобы непременно Хеннеси подали вам. Все за счет заведения.
Влад стрельнул взглядом из-под нависших бровей и легким жестом отодвинул администратора в сторону. Сделав пару шагов, он обернулся.
— Водки. Никто не дезинфицируется французскими коньяками. А мне и снаружи и изнутри надобно…
Устроившись за своим любимым столиком у окна, откуда было удобно наблюдать за происходящим в зале, он поднял рюмку, до краев наполненную водкой и, стукнувшись с запотевшим графином, негромко сказал:
— Ну что ж, как выразился хозяин этой богадельни: «С днюхой тебя, Влад Семенов!»
Опрокинув рюмку, он поморщился — разбитая губа резко защипала. Некоторое время он сидел, прислушиваясь к своим ощущениям, затем тяжело вздохнул, налил еще и залпом выпил. Забросив в рот маленькую тарталетку с икрой, сценарист предался мрачным мыслям.
