Но каковы бы ни были реформы Александра II, они помогли урбанизации и росту: с введением местного самоуправления и суда присяжных государство начинает относиться к своим подданным почти как к гражданам 498 . Недостаточность внутреннего рынка делала страну зависимой от внешнего мира, что закрепляло за Россией роль аграрного производителя, но доступность внешнего рынка оказалась недолговечной. С приходом в 1873 г. Депрессии XIX в. конкуренция ужесточается, и манящие выгоды капитализма опять оборачиваются издержками.
С изменением внутреннего управления активизируется внешняя политика. Благодаря поддержке России в 1871 г. появляется Германская империя, которая в ходе франко-прусской войны в 1870—1871 гг. уничтожает Вторую империю Наполеона III, что меняет в Европе весь политический расклад 499 . Немедленно Петербург одно за другим аннексирует последние ханства в Средней Азии, а также усиливает давление на Турцию, стремясь заново обрести влияние на Балканах и превратить Турцию в вассала. И опять влияния и сил оказывается недостаточно, а результаты кровопролитных сражений половинчатыми: Британия и Австрия сумели сохранить Турцию, нивелировать российское влияние на Балканах и добавить себе территорий в счет посреднических услуг 500 .
В тихоокеанском регионе Россия вообще заранее отказалась от территориальной экспансии. Слабая внутренняя связность страны, ее малое социальное пространство заставили правительство не жалеть об упущенных Калифорнии, Гавайях и даже приплатить американским конгрессменам, чтобы те согласились в 1867 г. купить Аляску. Между тем возросшая внешнеполитическая активность России опять вызвала к жизни конфликт с Британией как по поводу Проливов, так и афганской границы. С поднятием торговых барьеров в 1891 г. и последующим подъемом российской промышленности росли российские амбиции и британские страхи за Индию, но и эта Большая Игра закончилась для Петербурга неудачно.
Несмотря на периодические кризисы и перманентную нехватку средств (из-за чего правительство наращивало экспорт зерна даже при неблагоприятной конъюнктуре и в условиях голода среди крестьян), в Петербурге, Прибалтике, Москве, Закавказье и на Украине появляются многочисленные промышленные предприятия, растут внутренний рынок и численность населения, множатся городские сообщества. Российская промышленность росла посредством государственных займов. Во внешних отношениях российское сообщество не могло быть кредитором, а во внутренних делах государство выступало крупнейшим кредитором всех социальных групп. Следствием этого был не только управляемый экономический рост, но и политическая слабость сообщества. Во внутренней политике распространение гражданских свобод и образования при плохо растущем рынке, высоком неравенстве и бедности привело к всплеску терроризма интеллигенции, чьей жертвой оказался и сам император. В ответ на террор началось ужесточение режима, поддержка которого со стороны населения обеспечивалась прекращением фритредерской политики прошлых лет. Избыток дешевого капитала в Европе и нарастание конкуренции закрывали торговые границы государств и создавали внутри юрисдикций конгломераты предприятий.
Благоприятные условия в виде разросшегося городского, но бедного сообщества и дешевого заемного капитала позволили проведение политики Витте-Столыпина. Принимаемые ими решения поддерживали активность экономики, расширяли инфраструктуру и меняли институциональный режим. Темпы экономического роста были одними из самых высоких в мире, что свойственно развивающимся странам, и только теперь Россия присоединяется к управляемому Лондоном золотому стандарту. Динамичный рост привлекал множество инвестиций, и к 1913 г. половина тяжелой промышленности и банков принадлежала иностранным владельцам 501 . Вместе с инвестициями росли и монополии, которые к 1913 г. подчинили не менее половины всей частной экономики России, а к 1917 г. вообще практически все отрасли, продукция которых могла потребляться воюющей армией.
Увеличение присутствия промышленных конгломератов на рынке не давало, однако, им той полноты политической власти, какую они получили, например, в США. Главным источником и посредником получения капитала оставалось правительство, что сохраняло политическую слабость российских капиталистов. Любопытен подход С. Витте к привлечению иностранного капитала: понимая тесную взаимозависимость крупных банковских домов с правительствами европейских государств, особенно Британии, он привлекал средства мелких вкладчиков. Деньги средних, мелких буржуа и служащих в совокупности составляли значительные капиталы, тогда как политического веса в международных отношениях эти лица не имели вовсе. Рост не прекращался, за исключением времени первой революции (1905—1907), и держатели государственных облигаций получали свои проценты, пока две революции 1917 г. не похоронили старое государство.
