Тегеран – Ялта – Потсдам полностью

Рузвельт спрашивает, когда будет возможно проведение свободных выборов в Польше?

Сталин отвечает, что выборы могут состояться через месяц, если не произойдет какой-либо катастрофы на фронте, если немцы не побьют союзников, а он надеется, что немцы не побьют союзников.

Черчилль заявляет, что, разумеется, свободные выборы успокоили бы умы в Англии. Британское правительство поддержало бы новое правительство, и все остальные вопросы отпали бы. Конечно, мы не можем просить ни о чем, что мешало бы военным операциям советских войск. Эти операции должны стоять на первом месте. Но если бы оказалось возможным через два месяца провести выборы, то создалась бы совершенно новая ситуация и никто не мог бы этого оспаривать.

Рузвельт рекомендует передать обсуждаемый вопрос на рассмотрение министров иностранных дел.

Черчилль с этим соглашается и добавляет, что он хотел бы поставить один небольшой вопрос. Было бы весьма полезно, если бы можно было договориться о регулярных встречах трех министров иностранных дел с целью консультации через каждые три-четыре месяца, поочередно в каждой из столиц.

Сталин говорит, что это было бы правильно.

Рузвельт заявляет, что это – хорошее предложение. Однако Стеттиниус должен также заниматься делами Южной Америки. Поэтому Рузвельт считает, что встречи министров иностранных дел могли бы происходить по мере необходимости, без фиксации точно определенных сроков.

Черчилль предлагает, чтобы первая встреча состоялась в Лондоне.

Сталин отвечает согласием. <…>

Рузвельт предлагает, чтобы Стеттиниус доложил о совещании трех министров иностранных дел.

Стеттиниус заявляет, что от имени министров иностранных дел он хотел бы сделать следующее краткое сообщение о результатах их работы. Министры иностранных дел подробно обсуждали польский вопрос на основе меморандума американской делегации. В этом меморандуме в соответствии с предложением советской делегации был опущен вопрос о Президентском совете. Что касается формулы о создании польского правительства, то было решено продолжить обсуждение этого вопроса и доложить, что три министра иностранных дел пока не достигли соглашения. На совещании министров обсуждался также вопрос о репарациях.

Черчилль говорит, что, может быть, сначала обсудить польский вопрос.

Рузвельт отвечает согласием.

(Излагая свое мнение в отношении меморандума делегации США по вопросу о польском правительстве, советская делегация заявила, что, желая без дальнейших оттяжек выработать общее мнение, она принимает за основу американское предложение, но вносит к нему некоторые поправки. Советская делегация предложила следующую редакцию первой фразы американской формулы о создании польского правительства: «Теперешнее временное польское правительство должно быть реорганизовано на базе более широкого демократизма за счет включения в него демократических деятелей, находящихся в Польше и за границей. Это правительство будет называться национальным временным правительством».

В конце абзаца советская делегация предложила добавить слова: «нефашистские и антифашистские партии», с тем чтобы вся фраза звучала следующим образом: «В этих выборах все нефашистские и антифашистские демократические партии должны иметь право принимать участие и выставлять кандидатов».

Советская делегация считала также необходимым добавить следующую фразу: «Когда польское правительство национального единства будет создано указанным образом, три правительства признают его». Наконец, советская делегация предложила исключить последнюю фразу американского предложения – об обязанности послов трех держав в Варшаве наблюдать и сообщать о выполнении обязательства о проведении свободных выборов – на том основании, что послы трех держав, аккредитованные при польском правительстве, имеют полную возможность наблюдать за тем, что делается в Польше, и что это их прямая обязанность. Советская делегация указала, что с этими поправками она считает американское предложение приемлемым).

Черчилль заявляет, что он рад, что сделан большой шаг к соглашению по польскому вопросу. Но он хотел бы высказать несколько замечаний общего характера, прежде чем продолжится его обсуждение. Черчилль считает, что не следует решать этот вопрос впопыхах. Возможность соглашения уже носится в воздухе, но опасно было бы испортить все излишней торопливостью. Лучше еще немного подумать над предложением советской делегации. Правда, для наших совещаний остается только 48 часов, Черчилль, однако, не хочет погубить дело из-за того, что конференции не хватило 24 часов. Если для достижения решения нужны эти 24 часа, то их необходимо найти. Нельзя забывать одного: если участники совещания разъедутся, не достигнув соглашения по польскому вопросу, то вся конференция будет расцениваться как неудача.