- В одной из линий вероятности получилось. Весьма мучительная смерть – быть растворенным в кислоте в подвале горящего здания. – говорит Выверт: - а ведь тогда вы еще не знали, что я вас пытал, мисс Уилборн. Вы просто наносили удары вслепую. Так что предлагаю на время забыть кто кого пытал и кто кого убил. Сейчас перед нами общие цели и задачи. А я и вовсе собираюсь улететь … куда вы сказали? На Бали?
- Никто никуда не полетит. И никто никого не убьет. По крайней мере пока я не разберусь со всем этим бардаком. – говорю я: - я видела достаточно. Летим назад.
- Как скажете, мисс Хеберт. – Выверт наклоняется к пилоту и что-то показывает ему на пальцах. Тот кивает и вертолет закладывает вираж набок. Я хватаюсь за ручку на двери, чтобы не вывалится из кресла.
- И все-таки Империя перешла черту. – говорю я вслух: - Лиза! Что ты можешь про них сказать? Эти ребята влезли мне в печенку с первого раза. Я все равно планировала рано или поздно с ними разобраться, но они успели сделать это личным.
- Не думаю, что Кайзер приказал похитить твоего отца. Скорее всего это самодеятельность на местах. Руна – молодая и начинающая, она еще не успела наработать авторитет, так что полагаю, что решила таким образом выслужиться. В файлах СКП упоминается что Мясник сохраняет вменяемость, но для меня все еще загадка, зачем они влезли? Неужели она настолько тупая, чтобы не понимать… а! Все ясно. – она поворачивается ко мне: - это провокация. Люди, похитившие Дэнни должны были просто покалечить его и выбросить неподалеку. При этом они хотели выдать себя за Барыг, тем самым наша умненькая Руна сделала бы Кайзеру услугу – твоими руками убрала бы Барыг и расчистила город для Империи. На самом деле просчитанный ход.
- Каким, это, млять, образом, просчитанный ход?! Я бы всех поубивала нахрен!
- Да, но ты подумай. Если бы это произошло, и ты считала виновными Барыг – что бы ты сделала? Да, да, да, убила бы их всех, я знаю. Но потом? Что бы ты стала делать потом? Если ты – Мясник? Если в состоянии справится со своими личностями внутри – то легла бы на дно и стала лечить Дэнни, уехала бы из города. А если не в состоянии и сорвалась бы в кровавый штопор, устроив резню непричастных, то в город наведался бы Эйдолон. Уверена, у него найдется сила, чтобы противостоять Мяснику. И ты либо была бы изолирована, либо сбежала бы из города. С учетом ограниченности информации Руна спланировала неплохо. Вот только она не знает, что ты взяла Мясника под контроль, что это особенность твоей способности к управлению. Она не знает обо мне, не знает об этом ублюдке Выверте…
- И снова я вас слышу, мисс Уилборн.
- Я и хочу, чтобы ты меня слышал!
- Лиза! Что ты как ребенок! – упрекаю ее я: - хватит уже. Вернемся на базу – дам тебе его попытать, успокойся уже.
- Для протокола – если мисс Уилборн захочет воспользоваться комнатой для допросов, третья дверь направо на нижнем уровне. И пожалуйста вымойте за собой. – сухо роняет Выверт: - вы искренне думаете, что сможете меня запугать, мисс Уилборн? Я умирал мучительной смертью столько раз, что вам и не снилось. Вам не под силу придумать пытку, чтобы удивить меня. Какой же вы, по сути, ребенок, мисс Уилборн. Обиженный ребенок.
- Скр-скр-скр… - прищуривает глаза Лиза и Выверт – вздрагивает. Бледнеет и снова достает белый платок из кармана.
- Ммм… З-знаете, молодые леди, давным-давно у меня была мечта. – говорит он, вытирая бусинки пота, проступившие у него на лбу и убирая платок в карман: - о мире, где нет Губителей, где нет людей, умирающих от параугроз. Серый Мальчик например… вы видели его жертв, которые заперты во временной петле и продолжают страдать все эти годы? Пепельный Зверь, Бойня Девять, Сердцеед… да мало ли. Это глупая мечта я знаю. Но любой человек, у которого есть мечта – должен задать себе простой вопрос – на что он способен ради своей мечты. И у этого вопроса есть только один правильный ответ.
- Мечта? А я думала, что твоя мечта – растянуть беспомощную девушку на своем пыточном столе, Выверт, а ты оказывается у нас – гуманист. Благими намерениями дорога в ад устлана – это про тебя! – выкрикивает Сплетница ему в лицо, я поднимаю руку, успокаивая ее.
