После чего я начал задавать определенный список команд и вбивать определенный алгоритм действии. Прозанимался я этим вплоть до тех пор, пока мы не приблизились к нужным мне люкам. Тут я открыл кабину пилота, забрал свои и бывшего пилота этого истребителя вещи, тестер и мобильный ремонтный комплекс, без которых я бы в принципе не смогу проникнуть на линкор, загерметизировал кабину обратно и, оттолкнувшись от истребителя, дал ему команду.
- Вперед!
Линкор. Капитанская рубка. Главный пост операторов слежения. Несколько минут спустя
- Капитан, один из наших кораблей ведет себя странным образом, - обратился молодой лейтенант из группы слежения к находящемуся на капитанском мостике седовласому полковнику.
- Что у вас там? - спросил тот в ответ.
- Я проверил, еще несколько минут назад этот истребитель передавал сигнал бедствия и сообщение о том, что на его борту находится травмированный или недееспособный пилот, и судя по курсу, он направлялся к ближайшей верфи, готовой его принять. Однако сейчас этот истребитель ведет себя неадекватно. Он летит по странному касательному курсу, направляясь к одному из наших кораблей.
- Установите связь с его пилотом, - распорядился капитан линкора.
- Выполнено. Канал связи настроен. - И на общую панель главного экрана было выведено изображение лица пилота в скафандре.
- Пилот, с вами говорит полковник экспедиционного корпуса Граф Тренг. Назовите себя.
Однако в ответ раздался дикий истеричный смех. И истребитель, резко развернувшись на месте, устремился прямо в направлении доков, куда сейчас заходили на посадку звенья тяжелых истребителей.
- Что с ним? - удивленно посмотрел капитан.
- Звездная болезнь, - уверенно ответил руководитель их медицинской службы. - Видимо, сказался стресс от прошедшего боя. Сейчас через пару мгновений медицинские приборы проанализируют состояние пилота и нейтрализуют его.
Однако прошло уже достаточно времени, а ничего подобного не происходило. Пилот с диким смехом гнал свой истребитель вперед.
- Он опасен? - задал следующий вопрос седой полковник, обращаясь медику, и кивнул в направлении экрана.
- Судя по тому, что я вижу, он неадекватен, обколот разными препаратами... и при этом он до сих пор в сознании. А значит - да, он опасен.
Между тем с экрана вновь раздался истеричный смех. И все услышали подвывающее бормотание:
- Неввверррннныыые...
"Неужели фанатик?" - Пораженно подумал капитан линкора.
А через мгновение истребитель открыл огонь по швартующимся судам.
- Быстро, ответный огонь! - Распорядился полковник. - Уничтожите этого психа, пока он не натворил дел.
А с экрана все продолжалось:
- Всех убью, один останусь!.. - И уже гораздо громче: - Умрите, неверные!
И новая порция огня.
Вот один из входящих в доки рейдеров завертелся на месте, ему повредило маршевые двигатели. Тем самым он заставил притормозить остальные суда, создав свалку у доков, а этот псих все несся вперед. И в уши полковника бил истеричный и какой-то безумный смех.
- Так. Не ожидали? Ваша вера слаба! - раздавались реплики.
- Это фанатик,- неожиданно уверенно произнес медик, который что-то просматривал на своем планшете, - из радикалов. Я слышал о таких. Но их вроде всех арестовал и казнили.
- Похоже, не всех, - смотря на главный экран, прокомментировал полковник, а потом передал группе огневой поддержки: - Уничтожить его корабль. Быстрее! Это теракт!
Но было поздно. Этот мелкий юркий истребитель, будто заговоренный прошел сквозь сплошную пелену огня. Вот стало понятно, что у него отключились от перегрева бластеры. Это понял и обезумевший пилот.
- Это еще не все! - Прямо в экран произнес он.
И будто специально сквозь непрозрачный шлем подсветились его обезумевшие, красные от лопнувших капилляров глаза.
- Банзай! - Заорал этот псих, и его малый истребитель с неимоверной скоростью понесся вперед.
Несколько мгновений, и доки линкора сотряс взрыв.
Один небольшой корабль сумел нанести им урона больше, чем вся прошедшая тут операция.
- Сколько? - Тихо спросил полковник у сидящего рядом капитана.
Тот быстро пробежался по полученным данным.
- Четыре истребителя, один рейдер, повреждено две приемные шахты. Погибло двенадцать членов экипажа и шесть техников из обслуживающего персонала доков.
- Вот этим и страшны фанатики, - глядя в экран, произнес седой полковник, и, уже повернувшись к медику, спросил: - Как он смог пройти все проверки и попасть на корабль?
- Скорее всего, его внедрили через кого-то из своих, работающих на нас, я подниму медицинскую карту этого пилота и узнаю, у кого он проходил тестирование и обследование.
Тут вмешался руководитель службы безопасности.
- Прошу разрешение поручить доступ, - обратился он к капитану корабля, - к списку всех членов экипажа, проходивших тестирование и обследование у тех же специалистов. Это, как мы только что видели, потенциальная группа риска.
