Техника и вооружение 2014 09 полностью

Как следует из названия, гаубичный полк вооружался 122-мм гаубицами, имел в своем составе два дивизиона, один двухбатарейный, другой трехбатарейный и по четыре орудия в каждой батарее, итого – 20 122-мм гаубиц на гвардейскую стрелковую дивизию. На 22 июня 1941 г., 122-мм гаубицы, помимо стрелковых дивизий, предусматривались в штатах танковой и моторизованной дивизии (по 12 орудий), горнострелковой дивизии (24 орудия до начала 1942 г., восемь – до 1944 г.), кавалерийской дивизии (восемь орудий до августа 1941 г.) и стрелковых бригад (четыре орудия до октября 1941 г.).

122-мм гаубицы находились также в составе артиллерии Резерва Верховного Главнокомандования (РВГК), но штатно системы обр. 1910/30 гг. для нее не предназначались. В руководствах службы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. разных лет издания в одном из первых предложений их назначение ограничивается только дивизионной артиллерией, тогда как у более современной 122-мм гаубицы обр. 1938 г. (М-30) помимо этого пункта присутствует и упоминание артиллерии РВГК. Это не исключает наличия 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. в частях артиллерии РВГК, особенно в 1941-1942 гг., но их роль была весьма невелика. Мощный количественный рост формирований и соединений артиллерии РВГК начался со второй половины 1942 г., когда их комплектация новыми М-30 ограничивалась скорее нехваткой средств тяги и подготовленных кадров, нежели собственно орудий. Доля же старых систем в уже существующих частях неуклонно снижалась из-за боевых потерь и износа.

В этом разделе отмечены интересные, на взгляд авторов, особенности обращения с орудием или подготовки установок стрельбы для него. В первую очередь, среди них нужно упомянуть разрешение на стрельбу из 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. на полном и первом зарядах при углах возвышения менее 20° только в исключительных случаях, например по танкам. Это связано с недостаточной устойчивостью системы при большой проекции силы отдачи на направление к хоботовой части лафета. Орудие при таком выстреле могло легко вывернуть упорный брус из-под сошника или подпрыгнуть и в итоге отскочить назад. Помимо возможного изменения ориентации оси канала по ходу выстрела (и падения точности стрельбы, как следствие), это могло привести к травмам артиллеристов.

Примечателен тот факт, что у равноценной по баллистике 122-мм гаубицы обр. 1910/37 гг. это ограничение в руководстве службы отсутствует, хотя расчет предупреждается о подпрыгивании колес на 15-18 см вверх при таком ведении огня и необходимом последующем исправлении наводки. Впрочем, различие устройства орудий объясняет такое поведение при настильной стрельбе. У «крупповской» системы центр тяжести всей конструкции находился ближе к шворневой лапе по сравнению со «шнейдеровской». Таким образом, сошник с большей силой давил на грунт и обеспечивал лучшую стабильность. Минус здесь тоже вполне очевиден: для изменения направления стрельбы вне сектора горизонтальной наводки у поворотного механизма правильному приходилось прилагать существенно большее усилие для отрыва хоботовой части лафета от грунта.

Обычно в служебных книгах и наставлениях нет смешных мест, но в кратком руководстве службы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. издания 1943 г. в разделе про окраску и смазку системы присутствует оставшийся еще от мирного времени запрет на натирание окрашенных частей орудия керосином и иными растворителями во избежание порчи покрытия. Полукомичным является его объяснение: так военнослужащие РККА пытались наводить на гаубицу парадный лоск и глянец. Невольно напрашивается вывод, что анекдоты на армейскую тему про приказы о покраске травы к предстоящему смотру и т.п. вещах, видимо, имеют под собой некоторые реальные основания.

Живучесть ствола при должном уходе за орудием составляла 12000 выстрелов на полном заряде: при использовании меньших по мощности снарядов она существенно возрастала. Например, при стрельбе на заряде №3 износ уменьшался в 2,1 раза, а на заряде №5 – и вовсе в 5,2 раза.