Что может сделать изнеженный бизнесмен, которому предстоит сражаться за свою жизнь и жизнь тысяч людей? Что он сможет противопоставить налаженной системе промывания мозгов? Когда враг невидим, когда каждый, кто рядом, может предать, когда все вокруг оказывается ненастоящим, что вы сможете сделать? На эти вопросы ответит главный герой романа, который не остановится ни перед чем!
"Ибо они народ, потерявший рассудок, и нет в них смысла"
(Второзаконие 32:28)
Небо уже не такое чистое и голубое, как прежде. Облаков нет, как нет и туч, несущих влажный ветер и дождь с грозой. Серый, душащий горло, туман заменил когда-то казавшийся чистым воздух. Основа его изменилась, и многое добавилось в его состав, подменив четкие нотки душистых цветов и пахучих кустарников. Деревья, что когда-то могли радовать красочными кронами и нежно шептать на ветру зелеными листьями, стали предметом роскоши у богатых людей, но и они могли наблюдать их лишь во флоропарках и частных коллекциях, скрытых от посторонних глаз. Эти парки представляли собой огромные помещения с большим количеством растений, выведенных с помощью всемогущей генной инженерии корпораций, или же просто найденных в оставшихся без внимания уголках нашей огромной планеты.
Город, в котором живет Роман - лишь точка, в большом гибнущем мире. Его район - пылинка, а дом - пиксель. Если смотреть на человек, то он совсем кажется ничтожным и беспомощным...
Романа переполняло чувство гордости и самореализации. Слегка впалые щеки розовели от прилива крови, глаза горели жизнью, а сердце билось неустанно в ритме современного города. Он - человек действия, реалист до мозга костей. Стеклов, конечно же, не думал, что случившаяся когда-то глобальная катастрофа может закончиться. На нем был деловой костюм, светло-синяя рубашка, тугой галстук в тонкую полоску и ослепительно начищенные туфли с металлическим носком. Роман жил одним "сегодня" и знал, что всех проблем в мире не решить. Его не интересовали люди за оградой - жители бедный районов, отделенные от богатеев высоким каменным забором, - которые неизвестно, как живут и как выживают. Его интересом были деньги. Он, просто, знал, чего хочет, а хотел он жить в свое удовольствие. Нельзя сказать, что Роман Стеклов был человеком бессердечный или более того - мизантропом. Нет, просто, в его планы не входили раздумья о том, как исправить ситуацию, которую не может или не хочет исправлять марионеточное правительство.
Черный автомобиль двигался в сторону здания, где находился офис Романа. Еще не освещенный солнцем воздух, вспарывался щедрым лучом света автомобиля. Все куда-то спешили, стараясь, перегнать друг друга. Карие глаза Стеклова неотрывно всматривались в лобовое стекло. В отличие от других он мог не спешить, потому что знал, что может опоздать, а порой даже не придти вовсе.
Роман свернул направо. Пустынный переулок встретил его еще неочищенными улицами и ветром, поднимающим выброшенные на серый асфальт бумажки. Стеклов увеличил скорость. Высокие здания давили сверху своей грубой и необузданной величавостью. Роман решил включить музыку и потянулся к магнитоле. Спустя мгновение раздался грохот и скрежет гнущегося металла. Стеклов резко затормозил и, уставившись в потрескавшееся лобовое стекло, немигающим взглядом стал всматриваться и вслушиваться в пустоту.
- Что это было? - задал он риторический вопрос невидимому собеседнику. Ответа, конечно же, не было, и Стеклов тяжело отправил горький комок, подкативший к горлу. Он не знал, что делать в таких ситуациях и как себя вести. В полицию звонить он боялся, поэтому оставался на месте и тихо проговаривал ответы на возможные вопросы следователя.
У Стеклова было всего три степени гнева. Он еще не достиг и первой ступени, поэтому грубых высказываний и угроз не последовало. Наконец Роман нашел в себе силы выйти из машины и взглянуть на человека, которого сбил.
- Эй, ты! - увидел виновник человека, лежавшего на асфальте. Тот не двигался, что немало пугало Стеклова. Роман оглянулся и увидел разбитый вдребезги автомобиль. Создалось ощущение, что он столкнулся с бетонным столбом, а не человеком.
Человек, лежавший на асфальте, подозрительно всхлипывал, но на ноги не поднимался. Его серый плащ испачкался и в нескольких местах порвался.
- С тобой все в порядке? Мне вызвать скорую помощь? - повторял неуверенным голосом Стеклов. Он боялся, что человек на грани жизни и смерти, а в тюрьму он точно не хотел, потому что знал, что после возвращения ему не будет места в этом городе и его отправят за ограждение - к беднякам. Такая перспектива не казалась привлекательной, несмотря на то, что жизнь в тюрьме проходит за мгновение, потому что каждого приговоренного усыпляли на необходимый срок заключения. За убийство давали не меньше пятидесяти лет, и этот срок был достаточно велик, чтобы каждый горожанин был крайне осторожен в обращении с другими.
Раздался приглушенный гортанный хрип, и человек на асфальте зашевелился. С души Стеклова спал тяжелый груз ответственности.
- Мне нужно идти, - просопел пострадавший. - Мне нужно идти, - повторил он, превозмогая боль.
