– Не знаю о чем ты, дядя, но моя мама не была роботом. Кого-то из наших забирали, тщательно проверяли, промывая мозг, и отпускали домой. Ходят слухи, что он весь город хочет истребить и начнет он с богатых. Конечно, мне их судьба безразлична, но ведь он их будет убивать, как роботов, а не как жирующих на наших страданиях людей. Если бы я и пошел резать глотки толстосумов, то только за их нечеловеческое отношение к нам. Хотя, – он задумался, – если их отношение к нам нечеловеческое, то их вполне можно отнести к роботам, ведь роботы тоже людьми не являются.
– Похоже, что ты их ненавидишь больше, чем Седова.
– Больше, чем Седова ненавидеть невозможно! – натянуто усмехнулся паренек. – Я решил для себя кое-что и придерживаюсь этих мыслей. И, если бы не этот параноик, то я бы поднял восстание и все равно перебил жирдяев.
– Считаешь, что это правильно? – поинтересовался миллионер.
– Я уверен в этом.
– С тобой все понятно. Ты хочешь убить богатых, потому что они богаты. А почему Седов решил, что среди богатых полно роботов.
– Какая мне разница? Он их перебьет и все.
– Так и говорят? Хочет перебить жителей богатых районов? А как же проверки, о которых ты сказал. Он же должен сначала проверить их. Может быть, и есть среди них роботы, но их единицы! – воскликнул Роман, теряя твердость в голосе. Для него такой поворот событий казался настолько фантастическим, что на лице проскочила отчаянная улыбка.
– Улыбайся, улыбайся! Все равно вам богатеям – конец. Я же вижу, что вы не из простого люда. Считайте, что вы уже мертвы. Разрывной патрон и ваша голова превращается… превращается голова… в элегантную кашу. – Мальчику, судя по всему, нравилось представлять этот фрагмент его фантазии. – Такова ваша судьба и от нее не убежать.
– А что же он сделает с тобой за то, что убил его человека? – Антон прищурил глаза в ожидании ответа. В груди раздавался ускоренный темп «насоса».
– Со мной все решено! – без капли сожаления ответил Дима. – Мне – конец и на этом точка. Да я и не сожалею. Я сожалею лишь о том, что не прибил еще нескольких.
Саша отвел взгляд, и болезненно, скривив лицо, погладил колено.
– Ты думаешь, он сможет осуществить свой план?
– Конечно! У него столько людей, что всей полиции города не хватит оружия, чтобы остановить их.
– Как я понимаю, все его солдаты проверены?
– Вот бы знать! Думаю – да. Он им доверяет, как себе.
– Хорошо, но почему же он еще не убил нас? Чего он ждет?
– Наверно, дал вам шанс доказать, что вы люди. На этом хватит! Я устал. Мне долго не дадут оставаться в живых, так что дайте мне хоть какое-то время побыть в тишине.
Паренек присел на корточки и, закрыв лицо ладонями, заплакал. Стеклов давно не слышал настолько горького рыдания. Этот мальчик хотел казаться сильным, но не выдержал, ведь он, всего-навсего ребенок, оставшийся без матери и ничья смерть не даст ему покоя. Он сломался. Человек без смысла жизни, как камень, брошенный в воду. Он пролетает какое-то время, отдав весь заряд заложенной в нем энергии, а затем падает на дно и, позабыв о солнечном свете, лежит забытый всеми. Отнятая жизнь его матери, отнятое здоровье населения и отнятые детские мечты сделали из него «тень», брошенную судьбой.
Роман молчал, не смея подходить к пареньку. Спустя час в коридоре раздался звук звонких каблуков. Стук все усиливался, пока пред клеткой не появились несколько солдат. На плечах висели автоматы. В глазах не было ни капли сожаления, а мысли отсутствовали вовсе. Лишь слепое подчинение приказу занимало их сознание.
Они схватили паренька за шиворот и поволокли из камеры. Антон подскочил на месте, но дуло автомата, направленное в его сторону, поумерило его пыл. Он покорно остался на месте и не смел шелохнуться.
– Как долго вы нас будете держать здесь? – сорвался с губ Романа накипевший вопрос.
Солдат надменным взглядом окинул Стеклова и произнес:
– К вашему счастью – вы еще живы. Это вас должно больше волновать.
Солдат скрылся за стеной и через минуту раздался отдаленный выстрел. Его шум пленники восприняли, как последнее упоминание о малознакомом пареньке по имени Дима. Он жил неизвестной жизнью и умер вдали от дома. Он будет похоронен в одной из сотни братских могил и память о нем потеряется спустя какое-то время. Он не увидит падение правления Отцов города и не узнает многого, что узнает Роман.
Стеклов почувствовал внутри переживание и стыд, что не смог помочь, побоявшись за свою жизнь. Но эта смерть на его жизненном пути стала отправной точкой, через которую он думал, что никогда не переступит. Стеклов готов был убивать.
