Я перестал бегать по утрам за газетой. Наводить справки в редакции не позволяло самолюбие. Но "ура" и "увы" одновременно: 22 июня 1930 г. читаю "Сегодня в номере" "Правды": А. Авторханов "За выполнение директив партии по национальному вопросу". Статья напечатана как первая и основная в "Дискуссионном листке" № 17. Она занимает почти три колонки "Правды". Выброшены только некоторые острые места, особенно персональная критика по адресу членов Политбюро А. Андреева и Л. Кагановича, которым было поручено Центральным Комитетом провести первую, "опытную" "сплошную коллективизацию" в СССР. Я собрал очень много материала о том, как проводилась секретарем крайкома Андреевым и командированным ему на помощь Л. Кагановичем эта "опытная расправа" с крестьянством на Северном Кавказе. "Правда" разрешила мне критиковать "тезисы Политбюро", но не практику Андреева и Кагановича. Поэтому в конце статьи вместо бомбы получился куцый хвост. Но я был доволен и этим. Чтобы не утомлять читателя, я не стану цитировать здесь отдельные места этой статьи, тем более, что ее содержание я уже в основном рассказал выше. Но я никак не могу пройти мимо той реакции, которую она вызвала у официальной партийной верхушки: сначала в ряде статей в "Правде" против меня, а потом в ИКП. Из критики я остановлюсь сначала на статье новоявленного теоретика партии по национальному вопросу — Коста Таболова (Таболов был членом постоянной "национальной комиссии" ЦК, потом секретарем обкома партии в Алма-Ате, где он и был ликвидирован Ежовым и Маленковым). 26 июня 1930 года в "Правде" появилась статья ("Дискуссионный листок" № 21), в которой он резко обрушился "с позиций партии" на известного деятеля партии Диманштейна за его передовую в журнале "Революция и национальности" и на меня за статью в "Правде". Вот наиболее характерные возражения мне Таболова:
"Но если т. Диманштейн переоценил наши успехи, поспешил умалить значение национального вопроса, объявил его в основном решенным, то т. Авторханов перегнул в обратную сторону, смазал наши успехи в национальной политике.
В своей статье т. Авторханов пишет: "Нынешние темпы нашего культурного и экономического строительства в национальных районах и имеющиеся достижения не обеспечивают выполнения весьма ясных и практических директив X–XII съездов (1920–1923 годы) партии не только за эту пятилетку, но и за ближайшие пятилетки".
Процитировав эти слова, Таболов восклицает:
"Итак, даже "за ближайшие пятилетки" существующие темпы не обеспечивают, по мнению т. Авторханова, успешного выполнения решений X–XII съездов партии! Отсюда у т. Авторханова требование сверхфорсированных темпов для национальных окраин, если даже они хозяйственно не целесообразны.
Первая ошибка этой формулы т. Авторханова заключается в том, что условия самой отсталой Чечни он неправильно распространяет на все окраины.
Во-первых, неверно, что успешное выполнение решений X и XII съездов требует ряда пятилеток, ибо часть решений этих съездов уже сейчас выполнена полностью (?!); во-вторых, т. Авторханов отрывает национальную политику от общей политики партии; в-третьих, т. Авторханов явно замазывает громадные достижения в национальной политике пролетариата… В-четвертых, недооценив наши успехи, развивая пессимизм, т. Авторханов дает пищу представителям местных националистов в их нападках на партию".
Прочитав мне такую "глубокомысленную" нотацию, Таболов переходит к "колхозным делам" и начинает декларировать от имени партии, то есть от имени той "партии в партии", в которой он тогда состоял:
