Цензурные функции сводились к строжайшему соблюдению "монополии внешней торговли" идеями — газетами, журналами, книгами. Ни одно произведение (политическое, художественное или научно-техническое) не могло быть экспортировано из СССР за границу без ведома сектора, так же как ни одно произведение (газеты, журналы, книги) не могло быть импортировано из-за границы в СССР без ведома того же сектора. Это была не главная задача, хотя она и соблюдалась строго. Главная же задача "монополии идей" заключалась в том, чтобы в собственных советских изданиях — книгах, журналах и газетах, — согласно "письму Сталина", не допускать "зловредной контрабанды идей" извне. Сектор иностранной печати следил за тем, чтобы систематически "освежать" инструкции Главлиту (главной цензуре) касательно переводной литературы и того, какие и в каких границах могут быть использованы советской печатью иностранные источники. Такие же строгие инструкции были выработаны и для ТАСС: какие и в каких границах могут быть использованы в текущей прессе сообщения иностранных агентов и собственных корреспондентов из-за границы. Эти инструкции "освежались" в зависимости от изменения внешней политики СССР в отношении того или другого государства, партии и даже лица.
Информационные или, вернее, дезинформационные функции сектора иностранной печати сводились к одной из замаскированных форм советской пропагандной диверсии — нащупывание противника для вербовки "симпатии", рекогносцировки в лагерь для разложения врага, дезинформации мировой общественности в отношении Советского Союза. Такую работу проводили чаще всего через иностранных "прогрессивных журналистов" в Москве, через нейтральную прессу за границей и нередко через некоторых не всегда разборчивых иностранных политических деятелей или литературных знаменитостей.
С той же точки зрения сектор печати подходил и к изданию иностранных писателей. Стоило какому-нибудь вчерашнему "реакционному писателю" сделать пару публичных заявлений в пользу Кремля, чтобы в Москве его сейчас же занесли в "список прогрессивных писателей". Тем временем Государственное издательство получало задание отдела печати ЦК немедленно перевести на русский язык произведения этого писателя. Его начинали рекламировать как друга "русского народа". Известное число иностранных писателей было "поймано" таким образом. Незачем называть здесь их имена. Достаточно сказать о "непойманном" — А. Жиде.
"Исследовательские" функции сектора печати не имели ничего общего с литературной задачей. Это были чисто разведывательные функции для целей военного, хозяйственного и политического шпионажа. При Институте Маркса-Энгельса-Ленина и при Институте мировой политики и мирового хозяйства работали (с большими штатами научных работников) несколько исследовательских групп по разработке и классификации мировой печати. Тут можно было видеть газеты и журналы всех стран и на всех языках. Эти группы были заняты изучением не только столичных, но и провинциальных газет и журналов почти всех стран мира. Они представляли один раз в месяц в сектор печати научно разработанные данные из этой прессы по названным выше трем отделам. Сектор печати объявлял такие анализы "секретными" и рассылал их в виде "бюллетеней" соответствующим ведомствам.
