Технология власти полностью

Из членов ЦК до XVIII съезда дожили — Андреев, Бадаев, Берия, Ворошилов, Жданов, Каганович, Калинин, Кржижановский, Литвинов, Мануильский, Микоян, Молотов, Кл. Николаева, Сталин, Хрущев, Шверник. Из кандидатов Лозовский, Багиров, Буденный, Поскребышев, Булганин остались на политической сцене, а другие исчезли навсегда. Расстрелянные члены ЦК почти все, а кандидаты в абсолютном большинстве — были членами ВКП(б) до революции.

Так завершился длительный процесс не только создания новой партии, но и коренного пересмотра ее былых организационных принципов ("демократический централизм", "внутрипартийная демократия", "выборность секретарей" и т. д.). Партия отныне строилась по вождистскому принципу, совершенно так, как национал-социалистическая партия Гитлера по фюрерскому принципу ("культ личности"). Если раньше по уставу партии, а до Сталина и на практике, высшими органами партии последовательно считались: съезд партии, пленум ЦК, Политбюро ЦК, Оргбюро ЦК, Секретариат ЦК, генеральный секретарь ЦК — то уже после XVIII съезда та же пирамида была действительна, но только в обратном порядке — генеральный секретарь приобрел значение законодателя, органы ЦК исполнительного аппарата, а съезд — значение совещательного собрания.

Вся эта "реконструкция партии" происходила под лозунгом — "поднять организационное руководство до уровня политического руководства"[188].

Соответственно были выработаны нормы подбора руководящих кадров партии и государства. В основу этих норм легли два признака, о которых Сталин говорил на февральско-мартовском пленуме ЦК 1937[189]года:

С точки зрения этих признаков и был подобран весь аппарат партии и государства накануне второй мировой войны. В этом и главное объяснение, почему этот аппарат оказался до конца верным своему вождю даже в дни тягчайшей опасности для самого существования советского государства и столь же тягчайших ошибок и просчетов самого Сталина.

Главная черта морально-политического облика новых кадров заключалась в том, что они были не только вымуштрованы по-солдатски, но и обладали самым ценным при существующем режиме качеством — иммунитетом против самостоятельного мышления.

При одинаковой политической благонадежности предпочтение при выборах кадров давалось людям дела и знаний. При этом давно перестали интересоваться как прошлыми заслугами, так и социальным происхождением. Такой подход значительно повысил уровень подбора руководящих партийных органов, в первую очередь, в важнейшем звене партийного аппарата — в райкомах и обкомах партии.

Вот официальные данные послевоенного времени о секретарях райкомов и председателях райисполкомов[190]. ^{4}

Как видно из таблицы, с 1946 по 1954 год удельный вес секретарей райкомов с высшим, незаконченным высшим и средним образованием вырос с 50–52 % до 93–95 % а удельный вес секретарей с начальным образованием понизился с 47,5-49,7 % до 5,3–6,2 %.

Секретари и председатели с высшим образованием — это уже в большей части специалисты-хозяйственники (инженеры, агрономы и т. д.). У нас нет данных о секретарях обкомов и ЦК союзных партий, так же как и советских кадров того уровня. Данные отрывочного характера показывают, что и здесь происходит тот же процесс. Уже нет обкомов, где бы в аппарате не сидело несколько партийных работников-специалистов (инженеров, экономистов, агрономов).

Данные мандатной комиссии на XIX съезде партии о делегатах самого съезда, то есть ведущих кадрах партии, свидетельствуют о следующем:

На съезде присутствовало 1192 делегата с решающим голосом. По образовательному цензу и специальности они делятся на следующие категории:

С высшим образованием — 709 чел.

С незаконченным высшим образованием — 84 чел.

С[о] средним образованием — 223 чел.

С незаконченным средним образованием — 176 чел.

Из них:

282 инженера,

68 агрономов и зоотехников,

98 преподавателей (т. е. профессоров),

18 экономистов,

11 врачей,

7 юристов.