Но даже для узаконения хотя бы этих своих незаконных перетасовок в ЦК и в его руководящих органах Сталин не созывает очередного съезда партии. Теперь, после разоблачения Сталина сталинцами, причина этого ясна. Прежде чем созвать новый съезд, Сталин хотел:
1. "Узаконить" свою личную диктатуру в партии и государстве с официальным признанием его "культа" как в программе, так и в уставе партии (решение XIX съезда положить в основу новой программы партии "Экономические проблемы" Сталина).
2. Провести новую "Великую чистку" в партии и государстве против потенциальных "врагов народа", как и во время ежовщины, на основе старой теории классовой борьбы (см. "дело врачей"). Сталин почти преуспел в отношении первой цели, но сорвался на второй. Но об этом будет речь потом. Пока обратимся к "военной карьере" Сталина.
После того как Сталин уже был признан, наряду с Марксом, Энгельсом, Лениным, "классиком марксизма", он придавал особенно важное значение всенародному признанию своего полководческого "гения". Это должно было быть обосновано и доказано на примерах истории второй мировой войны. Сталин сам первым подал мысль советской пропаганде по этому вопросу сейчас же после окончания войны — в известном письме к полковнику Разину в 1946 году.
В этом письме Сталин безо всякой "ложной скромности" заявил своим удивленным "ученикам и соратникам":
"Ленин не разбирался в военных делах и говорил нам, членам ЦК, что ему поздно учиться военной науке, но что мы, молодые члены ЦК, должны учиться ей".
Сталин, конечно, имел в виду только одного "молодого" — самого себя. Вывод был ясен: Сталин не профан, а профессионал в военной науке и искусстве, более того — он основоположник новой военной тактики и стратегии. Он — новый Наполеон. Доказательство — триумф сталинского стратегического "гения" во время второй мировой войны.
Отсюда центральным тезисом послевоенного "культа Сталина" становится утверждение, что вторую мировую войну выиграл не народ, не армия и даже не партия, а исключительно "стратегический гений" одного Сталина.
Может быть, сам Сталин не был такого безапелляционного мнения о своей собственной роли и о своем военном гении. Еще до войны Сталин, вопреки своему субъективному убеждению, заявлял, что прошло время, когда одни вожди делали историю, теперь историю делает масса, народ. Это было вполне в духе исторического материализма, ортодоксальным представителем которого Сталин считал себя одного. На вечере участников парада победы над Германией в мае 1945 года Сталин приписал (и это было в полном согласии с историческими фактами) победу в войне
"…Уроки войны говорят о том, что советский строй оказался… лучшей формой мобилизации всех сил народа на отпор врагам в военное время".
Или[204]:
"Социалистический строй, порожденный Октябрьской революцией, дал нашему народу и нашей армии великую и непреоборимую силу".
Но своей пропаганде Сталин дал другое задание — приписать победу в войне лично ему, Сталину.
Наиболее выпукло и последовательно об "исключительной роли" Сталина, как единственного "спасителя" России, писал член Политбюро Л. Каганович в связи с 70-летием Сталина[205]:
"…как в годы гражданской войны и иностранной военной интервенции т. Сталин, вместе с Лениным, спас молодую советскую республику, отстоял ее, организуя победы Красной Армии, так во время второй мировой войны Сталин спас нашу Родину… свободу и независимость народов СССР от фашистских захватчиков".
Короче[206]:
"Сталин привел советский народ к победе".
