"Дело врачей" вовсе не было делом самих арестованных. Оно было, как и "Ленинградское дело", делом партийной олигархии Президиума ЦК и генералитета Советской Армии. Его внешнее антисемитское острие служило одновременно и для целей отдушины (по адресу отсталой части народа, партии и армии) и для целей маскировки (по адресу олигархии и генералитета). Однако бывшие соратники Сталина не могли не знать (хотя бы по опыту тридцатых годов), куда метит диктатор: ведь арестованы были не просто врачи, а, по свидетельству Хрущева, долголетние лейб-врачи членов Политбюро и маршалов Советского Союза, причем арестованы без ведома Политбюро. Более того, члены Политбюро не имели права личного контакта с их бывшими врачами, а должны были, по свидетельству того же Хрущева, ограничиться ознакомлением с письменными признаниями арестованных и именно теми признаниями, которые Сталин считал нужным показать им. Но как раз опыт тридцатых годов доказывал, во-первых, что ни один из членов ЦК и маршалов армии не арестовывался без того, чтобы этому не предшествовали аресты их личных сотрудников, во-вторых, показания этих арестованных предъявлялись членам Политбюро лишь после их собственных арестов (Косиор, Рудзутак, Эйхе, Чубарь, Постышев). Эти члены и кандидаты Политбюро, санкционируя аресты своих сотрудников, чтобы отвести всякие подозрения в отношении самих себя, и не догадывались, что они тем самым санкционируют свои собственные аресты в будущем.
Сталин допустил роковую для себя ошибку, когда решил повторить этот трафарет тридцатых годов; теперь около Сталина сидели не политически наивные люди тех лет, а утонченные мастера чисток, выученные самим же Сталиным. Эти мастера, вопреки всем заверениям Хрущева, не были в тридцатых годах простыми зрителями того, что делали Сталин, Ежов и Берия, а были активными соучастниками и организаторами "Великой чистки". Они настолько основательно овладели "техникой Сталина", что вполне успешно конкурировали с "главным мастером". Может быть, другая ошибка Сталина заключалась в том, что, не подумав о будущем, он выдал в свое время весь секрет своего феноменального мастерства в руки этих неблагодарных учеников, столь виртуозно овладевших им теперь. Правда, Сталин принял меры, чтобы собрать вокруг себя непосвященных и, прикрываясь ими, повторить ежовщину (расширение Президиума ЦК после XIX съезда). Но как раз эти меры еще больше заставили бывших "учеников" насторожиться. Хрущев так и заявил в своем докладе на закрытом заседании XX съезда, что Сталин собрал в Президиум ЦК "малоопытных" людей, чтобы легче разделаться со "старой гвардией".
Уже то, что Сталин сообщил внешнему миру о "деле врачей" (большего он не сообщил, по Хрущеву, и членам Президиума ЦК), должно было показать и для "неопытных" направление главного удара. В официальном сообщении по "делу врачей" Кремля от 13 января 1953 года говорилось, что эти
