Зал, куда ее и еще восьмерых курсантов привел Офицер, напоминал греческий театр. Только греческие театры обычно всетаки располагались под открытым небом, да и вид имели такой, будто их построила сама природа. Здесь же опоясывающие трибуны были сложены из камня и полукругом охватывали огромную - побольше тренировочной - залу. Одна из трибун, та, что прямо напротив входа, была повыше остальных, закрыта алым бархатным полотнищем и увешана шитыми золотом флагами. Там стояли три массивных, величественных кресла. Туда поднялся правитель, вместе с ним, видимо, ближайшие приближенные. На простых каменных ступенях расселись разодетые люди - появлялось такое ощущение, что речь идет не о суде, а о празднестве.
Потом ей показалось, что она поняла, в чем дело. Большинство местных обитателей все происходящее трогало так же мало, как и гостью, едва понимающую несколько фраз на местном языке. Суд тоже был зрелищем, и зрелищем довольно эффектным, к тому же по случаю суда можно было одеться покрасивее, продемонстрировать свой достаток, ну и людей посмотреть.
Зала была огромна, однако здесь скоро стало тесно. Люди рассаживались, сдержанно разговаривая между собой, и ктото из советников правителя сделал знак рабам, чтобы те открыли окна. Одетые в однообразные темносерые длинные одеяния рабымужчины выполнили приказ, принесли комуто воды, а комуто еще бумаги и чернил - и исчезли, будто их и не было. Двери были плотно затворены, засов заложен в скобы замка.
Для наставника и курсантов ОСН было выделено прекрасное место, недалеко от почетной трибуны, от роскошных флагов и эмблем. Федеван, Саудхаван и Аданахаур рассаживались на каменной скамье с боязливым любопытством и восторгом на лицах, и девушка по их реакции догадалась, что союзникаминомирянам оказана высокая честь. Судя по всему, недавние вольноотпущенники, в прошлом иавернские рабы прежде и мечтать бы не могли о таких местах на высоком суде правителя области. Кайндел и Лети сели рядом с Федеваном, но она в первые же минуты поняла - толку от соседа будет немного. Он больше вертел головой, чем слушал, и неохотно отвечал на вопросы спутницы.
В зале находилось множество мужчин, одетых одинаково и очень строго, в черные мундиры с алым кантом. Девушка догадалась, что это охрана замка, и, видимо, они призваны как обеспечивать порядок в зале, так и создавать определенный настрой. Ну и для красоты, конечно. Выучка у ребят была прекрасная, они лицу не давали дрогнуть, и своей ролью явно гордились. Кайндел с интересом посмотрела на правителя - он был в одеянии, похожем на мундир, и потому в этот момент показался очень похожим на любого ее соотечественника.
Иедаван выглядел очень хмурым и раздраженным, и это ее слегка удивило.
Обвиняемого она разглядела лишь после того, как по жесту одного из приближенных правителя его вывели на середину зала. Это оказался высокий молодой парень с измученным лицом и длинными спутанными волосами. Он выглядел так, словно не меньше недели валялся на соломе в каземате и совершенно не имел возможности приводить себя в порядок. Впрочем, должно быть, так оно и было. Молодой человек поводил по рядам присутствующих отрешенным взглядом, и, посмотрев ему в лицо, Кайндел невольно подумала, что он очень красив, даже странно…
Все, что в полный голос, официальным тоном произносилось приближенными правителя, которые, видимо, выступали здесь кемто вроде секретарей, заседателей и обвинителей одновременно, звучало для нее, словно рокот океана или шум листвы - звук, в который не надо вслушиваться, потому что ничего содержательного из него не извлечь. Она с любопытством разглядывала мужчин, которые сидели на трех опоясывающих залу каменных ступеняхскамьях (почемуто женщин здесь, кроме нее и Лети, не было совсем), их одеяния, оружие при них, да и просто лица, пыталась угадать, кто из них чем занимается, но то и дело возвращалась взглядом к обвиняемому. Всетаки не так уж часто встречались в Иаверне мужчины, понастоящему привлекательные, на ее взгляд, взгляд иномирянки.
- В чем его обвиняютто? - спросила она Федевана.
- В измене! - внушительно ответил тот. - Очень серьезное обвинение. Вот этот парень, которого сегодня судят - один из ближайших приближенных правителя. Так что тут не шутки.
- Его казнят? - протянула девушка, разглядывая узника.
- Естественно. Вопрос лишь в том, когда и как это сделают.
- Жаалко…
- Он тебе понравился? - шепотом поинтересовалась Лети, наклонившись к самому уху Кайндел.
- Красивый мужчина… А тебе не нравится?
- Не очень. - Пушистая иномирянка слегка дернула пальцами рук - это означало сомнение или задумчивость. - У него черты очень резкие, живот втянутый, и кожа совсем голая…
- Вопервых, не втянутый, а просто плоский…
- Значит, он голодает! Или голодал!
- Не обязательно, Лети. У людей наличие выступающего живота говорит скорее не о зажиточности, а о лени. О нежелании за собой следить.
- Ну, не знаю. - Ее собеседница повела ушком и еще раз оглядела мужчину с ног до головы.
- Ладно, - фыркнула Кайндел. - Мы с тобой отвлеклись от сути дела.