- Бабушка надвое сказала, что там важнее. У нас вся команда ходит, включая Лети, у которой после трех выстрелов АПС из рук вылетает!
- Нашли что Лети давать. Вы бы ей еще «Беретту 951 R» дали…
- Бывают пистолеты и потяжелее, - пробормотал Илья.
- …Или станковый пулемет. В одну руку.
- Остроумно. Мда… И тем не менее.
- Офицер освободил меня от стрельб, если я не считаю занятия там необходимыми для себя. Буду ходить раз в неделю.
- Слушай, мы и так командой практически нигде не занимаемся. Что такое рукопашный бой? Одно только слово, что командой, на самомто деле по отдельности, по двое. А нам надо вырабатывать командный дух. А то не команда будет, а одна только видимость… Нет, я понимаю, что ты хочешь сказать, - заторопился он. - Что, мол, это все ерунда, этот командный дух, и ничего от лишних пары месяцев врозь не случится. Но ведь мы еще не привыкли чувствовать друг друга не только локтем, но и… хм… другими частями тела… На это нужно время!
- Остановись, - улыбнулась она. - Ты так блистательно начал отвечать на мое возражение, которое сам же и придумал, что мне даже слова не вставить. На тему того, что, вообщето, я подумала о другом.
- О чем?
- О том, что командный дух мы очень скоро будем вырабатывать. В учебнобоевом рейде.
- Сразу в учебнобоевом? - жадно уточнил Илья, и Кайндел, словно с листа, прочла его мысль: «Она крутится возле начальства и не хочет говорить, что нас ждет, но ведь может сейчас проговориться случайно, так надо поднажать будто бы случайно, и все узнать». - Нам говорили об учебных.
- По нынешним временам чисто учебные рейды курсантов для ОСН - слишком большая роскошь. Офицеры наверняка решат совместить приятное с полезным.
- А где будет ближайший рейд - ты не в курсе?
- Нет, конечно. Однако можно догадаться, что, поскольку в Иаверне интересы Организации сильно ограничены, рейд нам спланируют в Питере.
- Что там сейчас творитсято? Ты ж была…
Вокруг потихоньку стягивалась толпа. Конечно, «толпа» - сильно сказано, их всегото было тридцать два человека, шесть команд. Но уже добрая половина позавтракавших притерлась к стенам и окнам поблизости, навострив ушки, а остальные, отставляя тарелки, метила подойти поближе и тоже послушать. У большинства уже была очень хорошо натренирована интуиция, они нюхом чуяли, что разговор интересен для каждого. Даже для того, кто родился и вырос отнюдь не в Петербурге.
- Ты всерьез считаешь, что командование со мной делится всей информацией? - осторожно подбирая слова, спросила девушка.
- Но хоть чтото ты должна была видеть… Услышать…
- Ну о том, что основной театр боевых действий между ОСН и Алым Кругом переполз в Москву - это вы знаете?
Она будто бы разговаривала только с Ильей, но, задав вопрос, глазом повела на тех, кто топтался поблизости, чтобы обозначить - диалог двоих перестал быть таковым, и распространился на окружающих.
Окружающие заворчали в том смысле, что не слышали, но им всем очень интересно.
- Так вот, то ли под Москвой, то ли в Москве сейчас идут бои, туда переброшены почти все силы Организации, туда же отправился Один, оставив Роннана распоряжаться питерскими делами. К чему это приведет, не могу предполагать даже я. Потому как ОСН до сих пор в недоумении - существует ли в действительности такое явление, как Дозоры (слизанные с Лукьяненко), или это отдельная, не представляющая опасности группка местной гопоты развлекается время от времени.
- Ты именно этим в городе занималась? - уточнил Роман.
- Не совсем. Я не могу говорить, чем я занималась в городе во время своих отлучек. То, что я говорю сейчас - не более чем результат моих умозаключений.
- Так ты считаешь, что нас отправят в рейд по отлову этих «дозорных»?
- Повторяю - это лишь мое предположение. Но если я не ошибаюсь, то подобная возможность очень даже вероятна.
- Когда я слышу от тебя «если не ошибаюсь», - вклинился Сергей (которого после рукоположения все чаще и за глаза, и в глаза именовали Сергием), - мне становится не по себе.
- Почему?
- Потому что я не помню, чтоб ты хоть раз ошибалась. Ты тут пророчишь, к примеру, чтонибудь неприятное, добавляешь «если не ошибаюсь», и какаято надежда остается… А потом надежда идет лесом, и эта тенденция своей повторяемостью уже начинает пугать.
- Ну что ж делать, - под общий хохот согласилась она. - Жизнь вообще несправедливая штука.
И, покосившись на часы, поспешила выйти в коридор. Занятия по тактике уже начинались, а до лекционного зала еще предстояло добежать. На нее, влетевшую в зальцу, лишь коекак оформленную под вкусы соотечественников, Офицер посмотрел холодно, но ничего не сказал. Впрочем, его молчание стало слабым утешением, потому что упрек девушка прочла в глазах так отчетливо, словно услышала наяву: «Уж вамто, Кайндел, не следует опаздывать ни в коем случае. Вы и так слишком редко одаряете нас своим постоянным посещением».
Она снова чувствовала себя школьницей. Не самое приятное ощущение.