Из тумана вырвались покрытые красными шипами толстые ветви магического дерева. Они начали быстро обвязывать мои запасные части, тело и люцерну с шлемом, со скрежетом сдавливая доспехи, но я не обращал на это внимания, продолжая говорить:
- Ответьте же мне, чем вы лучше крыс?
- Крысы боятся. Они боятся сражения, они боятся смерти. И в них нет чести! – насмешливо ответил ловкач, начиная спокойно вышагивать ко мне вместе со своими «товарищами». – И мы тоже боимся, но не смерти или битвы, а потери чести.
Шипастые ветви медленно скрыли насмешливое лицо зооморфа, преграждая зрение.
- Оказывается, героя так просто остановить, – продолжил ловкач, прикоснувшись пальцем к острию пики, всё так же указывающей вперёд. – Эх, легенды лгут, а герои умирают, заколотые, словно свиньи...
- Меня не остановить, – спокойно возразил я, резко вбивая люцерну в живот стоящего передо мной авантюриста.
Он не успел среагировать, не успел отпрыгнуть или отойти в сторону – идиот просто не ожидал, что мне удастся с такой лёгкостью порвать сковывающие заклинание.
Я насадил его на пику и поднял вверх, словно флаг, омывая свои доспехи кровавым дождём.
- А-агра-а-а! – зооморф делал вялые попытки снять себя с пики, но это изначально являлось бесполезной затеей. Он лишь больше насаживал себя на моё оружие, упираясь телом в лезвие-полумесяц и зубастый молот.
Обвязывающие меня ветви медленно истлели в воздухе, пока я постепенно опускал люцерну на землю, снимая и, словно мусор, сбрасывая с неё хрипящего авантюриста.
Он корчился на земле и пытался заткнуть дрожащими руками открытую рану, но это было бесполезно. Пока его «товарищи» пребывали в состоянии шока, тупыми взглядами провожая каждое моё действие, я стряхнул с плеча остатки зеленоватой магии, после чего мысленным посылом убрал щит и полез рукой в напоясную сумку.
- Лови, – я бросил к его руке два голубоватых эликсира, после чего резко наступил на его левую ногу, порождая мокрый хруст и новою волну криков. – Считай, что я взимаю с тебя плату.
- А-а-а!
Если не совсем идиот, то закроет глаза на свои прошлые слова и выпьет мою подачку, ну, а если нет – сам виноват. Да, пришлось сломать ему ногу, чтобы он не мешался. Конечно, эти два эликсира не исцелят перелом или дыру в животе, но он выживет, если выпьет их.
- Чародей, тебе не кажется, что твоя магия попросту не действует на меня? – я навесил на лицо кривую улыбку, разворачиваясь к глупо хлопающему глазами зооморфу-крысе. – Или же ты просто бесполезный мусор, не умеющий обращаться с таинствами магии?
Его чёрные глаза неверяще поблёскивали из-под глубокого провала балахона, а руки и крысиный хвост подрагивали от ужаса и слепого отрицания реальности.
- Это невозможно! – тонко вскрикнул авантюрист, отходя на два шага назад. – Кто... Что ты такое?! Как ты проигнорировал это заклинание?! Даже минотавры не могут двигаться, когда их сковывают лозы Иггдрасиля!
- Я герой и я легенда, – я расставил руки в стороны, всем своим видом выражая обычную истину, известную каждому человеку и полулюду, после чего выхватил из воздуха стрелу, пущенную лучником, скрывшимся за щитом защитника. Она норовила угодить в прорезь шлема, лишив меня левого глаза, но интуиция вовремя просигналила об опасности. – А легенду невозможно остановить...
Моя запасная часть с хрустом переломила стрелу, после чего я медленно направился к одновременно отступившим авантюристам.
- Ещё раз! Используй его ещё раз! – взвизгнул дворф, полуоборачиваясь к крысе.
- Я... я... – зооморф дрожал, продолжая отступать назад.
- Сдавайтесь, – продолжил я, начиная закручивать окровавленную люцерну, – и забирайте своих «друзей». Вы уже проиграли, испытав страх. Я лишил вас остатков чести, погрузив имя Эзуса в пучины тьмы...
Я остановился перед дворфом, попытавшимся боднуть меня секирой, и ухватил его оружие протезом, со скрежетом сдавив и начинав отводить секиру в сторону. Затем я отпустил люцерну и начал вырывать из рук защитника щит, став медленно наклоняться к шлему полулюда.
- Коленки дрожат? – язвительным шепотом поинтересовался я, отбирая топор и откидывая его в сторону. – Или это скрежет твоих зубов?
Я фыркнул и ударом ноги подкинул вскрикнувшего дворфа вверх, после чего выхватил из воздуха щит и тыльной стороной сломал несколько зубов лучнику.
Они даже не оборонялись – настолько на них подействовало «представление». Как я и говорил, эти авантюристы сдались, ощутив первобытный ужас.
А что поделать? Не каждый день видишь, как человек игнорирует заклинания контроля. Я тоже удивился, когда почувствовал, что могу в любой момент разорвать оковы, но... решил сыграть на этом. Да, тот рыдающий от боли ловкач являлся для меня самой большой проблемой, а столь дивное воздействие моего героического умения порядком помогло мне.
Хм, Рю постоянно твердила и заставила меня выучить наизусть, что живой враг – это постоянная опасность. Даже если он в клетке или лишён ног, то он всё равно может удивить своего противника.
