Марк свободной рукой выхватил из кобуры пистолет, взвел курок. Из дыма вылетело черное тонкое щупальце и пронзило насквозь качка, бегущего рядом с Домбровским. Боевик упал, раскинув руки, и задергался в конвульсиях.
– Капитан! – выкрикнул Марк. – Стреляйте по туче! – Он вытянул руку вверх и нажал на гашетку.
– Делай, как я! – Домбровский вскинул автомат и выпустил очередь.
Боевики последовали его примеру. Началась беспорядочная стрельба. Будто почувствовав боль, туча выдернула щупальца из окон казармы, треснула посередине, и из нее к земле стремительно спустилась гигантская черная многоножка. Тварь задергала тонкими длинными лапами, втыкая их в бегущих боевиков. Те с криками падали навзничь, словно врезаясь в невидимую стену.
Домбровский несся впереди, не переставая палить в воздух. Марк еле поспевал за ним. Он сунул пистолет в кобуру, схватил Елену за руку и потащил ее за собой.
Через минуту они влетели в двери казармы. Внутри, среди битой обгоревшей мебели и стреляных гильз, вповалку валялись тела особистов и боевиков. От гари и вони слезились глаза, першило в горле. Марк нашел комнату с глухими стенами, усадил Елену на стул и передал ей Милу. Сам привалился спиной к стене и закоченевшими руками принялся перезаряжать пистолет. Домбровский, тяжело дыша, плюхнулся рядом на стул. Двое боевиков встали в караул у двери – все, что осталось от их отряда.
– Что это за чертовщина?! – прохрипел капитан.
– Курц со своими тенями. – Марк вставил в барабан последний патрон. – Нам не пробиться. Нужно уходить, пока есть возможность.
– Я не отступлюсь: слишком много поставлено на карту… – процедил Домбровский. – До Цитадели метров сто через пустырь. – Он передернул затвор автомата. – Мы пойдем вперед. Слушайте рацию.
Капитан встал и скрылся в проеме двери. Двое его бойцов двинулись за ним.
Марк повернулся к Елене. По ее щекам текли слезы.
– Я боюсь… – прошептала она.
– Мы справимся. – Марк присел перед ней на корточки и тронул за локоть Милу: – Как ты?
Девочка неожиданно улыбнулась:
– Здесь так красиво! – Распахнув глаза, она завертела головой. – Всюду огоньки. Они поют и просят идти с ними…
Елена всхлипнула.
– Источник зовет ее. – Марк потер щеку и коснулся шрама на губе.
Со стороны двора застучали выстрелы, зашипела рация.
– Прием! Прием! – закричал в нее Марк, но никто не ответил. – Подождите здесь, – обернулся он к Елене. – Посмотрю, что там с Домбровским.
– Не уходи! – Елена отчаянно схватила его за руку.
– Я быстро!
Он выбежал из комнаты, миновал коридор, ведущий к противоположной стороне здания, и осторожно выглянул в окно. За казармой тянулся пустырь, на снежной простыне чернели десятки мертвых тел. В центре белого поля высилась Цитадель. Такая же, как и десять лет назад: шестиметровые каменные стены, округлые башни с зубчатыми крышами. Зависшая над пустырем многоножка жадно тянулась к ним, но тут же отдергивала тонкие отростки, будто обжигалась.
Внезапно над Цитаделью взметнулись белые всполохи, и к казарме потянулись светящиеся вихри – Источник почувствовал присутствие телефонистов. Марку словно плеснули в сердце кипятком, жар растекся по груди и рукам, в кончиках пальцев закололо. Хотелось бежать со всех ног к световым переливам – нежным и родным, как руки матери.
Марк с трудом отвел взгляд от Цитадели и всмотрелся в усеянный трупами пустырь. Домбровский лежал ничком, уткнувшись лицом в подтаявшую снежную кашу. С виду ни увечий, ни крови, будто просто устал и прилег отдохнуть. Марк вылез из окна и побежал по хрустящему снегу. Перевернул капитана на спину и невольно отшатнулся, увидев перекошенное лицо с остекленевшими глазами.
На верхних этажах казармы застучал пулемет. Вокруг Марка по земле зашлепали пули. Марк упал в снег, выхватил пистолет и отстрелял барабан в пулеметчика. В оконном проеме на первом этаже мелькнул черный бушлат. Марк вскочил и прыжками понесся назад к зданию. Залез в окно, промчался по коридору, вбежал в комнату с глухими стенами и замер – Елена и Мила исчезли. Лишь на полу среди сломанной мебели валялся коричневый плюшевый медведь.
– Елена! – Марк выскочил обратно в коридор и побежал вдоль него, заглядывая подряд во все помещения.
Везде он видел одно и тоже: закопченные стены, сломанную мебель, трупы особистов и боевиков Саула, и ни следа Елены и Милы.
Марк выбежал во двор. Стрельба и взрывы стихли. В тишине Марк слышал лишь свое хриплое дыхание и частый стук сердца. Черная многоножка нависла над крышами. Тонкие отростки шарили по земле и домам в поисках новой добычи. Тварь почуяла Марка и ринулась к нему. Он мысленно потянулся к Источнику. Со стороны Цитадели наперерез многоножке взметнулись сияющие белые нити. Сверкнула ослепительная молния, грохнул взрыв. Марка отшвырнуло к пятиэтажке и ударило о стену.
