Телесная психотерапия. Бодинамика полностью

Лизбет Марчер с коллегами[34] изначально строили свою работу на предположении, что опыт, связанный с шоком, требует особого внимания и иного подхода, нежели любой другой терапевтический материал. Они начали разрабатывать концепцию шока в 1975 г. Методы терапии шоковых ситуаций, созданные в конце 70х, были сфокусированы на телесных ощущениях, благодаря чему клиенты получали доступ к ресурсам и могли избежать эмоционального переполнения при переработке травматических воспоминаний. Эта работа описана в статье Bentzen & Jarlnaes (1993).

Сегодня мы называем эти методы тренингом телесных и когнитивных стратегий совладания (копинг-стратегий). Обоснование самих методов и их использования в терапии шоковой травмы можно найти в работах Пьера Жане (Boadella, 1997). Жане работал вместе с Фрейдом в Париже и может быть назван первым телесным психотерапевтом. Уже в начале 20 века. он говорил о важности работы с телесными ощущениями и двигательными импульсами в дополнение к психоанализу, особенно в случае диссоциативных паттернов.

В течение 80-х годов на работу Марчер также оказали вдохновляющее влияние теоретические и практические находки других терапевтических систем, работающих с шоком (см. следующий раздел).

Тем временем стали оформляться и наши собственные методы. Они включали в себя:

— бег в определенное место или «бег» лежа на матрасе, использовавшийся как метод высвобождения рефлекса бегства (flight reflex);

— специфические телесные методы для ослабления блоков в мышцах и соединительных тканях;

— обращение к различного вида трансперсональному опыту клиентов, переживших травму, включая опыт «вне тела» («выхода из тела»);

— работа с пере-принятием решений (на эту работу нас вдохновил транзактный анализ);

— использование модели Bodyknot[35] как исследовательского инструмента при работе с диссоциированными воспоминаниями.

Более или менее полно эти методы описаны в статьях из книги Releasing shock trauma, Jorgensen, 1993.

На протяжении 90-х годов методы уточнялись, усовершенствовались и дополнялись:

— телесными методами контейнирования и высвобождения инстинктивного гнева и рефлекса нападения;

— использованим бега лежа на матрасе и бега в безопасное место при работе с кризисами;

— методами работы с тонической обездвиженностью;

— теоретическим прояснением различий шока и шоковой травмы.

Наиболее позднее описание данных методов можно найти в статье Ярлнеса «Основные направления бодинамического анализа для работы с ядром шоковой травмы» (2000), который возглавлял работу по уточнению упомянутой выше техники бега.

Шок содержит в себе опыт очень высокой интенсивности. Работа с ним требует знаний, точности и стремления к тому, что бы добраться до определенных уровней психики клиента безопасным образом. Опыт первых 20–30 лет нашей работы дает нам возможность осваивать все более глубокие ландшафты шока.

Другие бодинамические теории и модели как основа для развития новых методов

В дополнение к развитию бодинамической модели терапии шоковой травмы самой по себе в создании методов, представленных в данной книге, важную роль сыграли другие аспекты нашей системы:

1. На развитие пик-в-шоке интервью нас вдохновили исследования Эриком Ярлнесом пиковых переживаний, проводимых им с 1982 года (Jarlnaes & Luytelaar, 2004). Знания о качестве «обычных» пиковых переживаний стали важным источником понимания факта, что те же самые качества присутствуют в опыте совладания с шоковыми ситуациями.

2. Бодинамическая теория о трех аспектах эго (телесном, индивидуальном и ролевом эго) помогла нам сформулировать возможности этих аспектов в совладании с шоком, а также понять, как они могут сотрудничать с Большим Я (или работать против него) в ситуациях высокой интенсивности, а также при «возвращении в эго» (или, говоря нашим языком, при «приземлении в эго»). Модель аспектов эго была создана Лизбет Марчер в середине 90-ых годов и коротко описана в одной из глав настоящей книги.

3. Необходимой предпосылкой для совершенствования телесных стратегий совладания со стрессом и шоком стала основная бодинамическая концепция об эго-функциях, которая описывает, какой психосоциальный потенциал и какие эго-навыки связаны с различными мышцами человека (Fich & Marcher, 1997; Fich, 1997; Brantbjerg, 1995; Bernhardt, Bentzen &, Isaacs, 1997; Ollars, 2003; Brantbjerg & Ollars, 2006). Точное знание психологических функций мышц сделало возможным создание конкретных методов для усиления способности эго выдерживать высокие уровни интенсивности. В последние десять лет Лизбет Марчер, Соня Фич и Мерете Хольм Брантбьерг внесли существенный вклад в детальную разработку идеи об эго-функциях и психологических функциях связанных с ними мышц.