– Девочка моя родная, я соскучился по тебе. Ты почему тогда уехала, ничего не сказала мне. Мы же даже толком не поговорили, не обсудили ничего, – Валерка в отчаянье схватился за голову, – все запуталось.
– Валер, мне тогда все стало понятно. Ты уже был не со мной, – Лина присела на кровать, – да и дальнейшие события этому подтверждение. У тебя семья. Этим все сказано. И как бы мне не хотелось быть с тобой, этого не случится. Уходи, уходи, пока кто-нибудь не проснулся, – Лина жестом показала на дверь.
Уже светало, когда Валерка также тихо удалился из дома, как и появился там. На утро, Лина проснулась от взгляда. Она открыла глаза и увидела сидящего у ее кровати Вадима. Он смотрел на нее любящим взглядом. От неожиданности, Лина потеряла дар речи.
– Что ты тут делаешь?
– Я приехал полчаса назад. Соскучился. У тому же у меня отличные новости. Уверен ты обрадуешься!
Она, сделала вид, что рада приезду мужа, а сама с удовольствием вспоминала, минувшую ночь.
Лина сидела на кровати, а Вадим нервно ходил по комнате, маяча перед ее глазами.
– Ты же понимаешь, здесь уже ничего не светит. Москва добро не дала. Видимо начальник части эту должность для своего держит. А там работа есть. Должность перспективная. Нужными связями обрастем. Выход один, я поеду, устроюсь, разгребу всю бумажную волокиту. Потом пришлю телеграмму, ты уволишься, Данила заберешь из сада. И я за вами приеду. Там все же мои родители, они за Данилом присмотрят, пока сад не дадут. Тебя на работу в часть устрою, я уже узнавал, это сделать просто. Все будет хорошо.
Лина в растерянности: – Я понимаю, что должна следовать за тобой. Куда ты, туда и я, но я тебе честно говорю, сколько смогу выдержать – выдержу. Большего от меня не требуй.
– Я тебе обещаю, это временно, – дрожащим голосом заверил Вадим.
– Все временное – есть постоянное, – с грустью и безысходностью сказала Лина.
Ей ничего не оставалось, как плыть по течению, подальше от берега.
– Почему мы должны ее прописывать? Она не работает, сидит дома. Иждивенка. Еще не известно будете ли жить? – возмущалась Антонина Антиповна.
– Мам, ты что говоришь, мы три года женаты, у нас сын, – спокойно возразил Вадим.
– Ну и что из этого? Подумаешь три года, это не срок, – стояла на своем Антонина Антиповна.
– А как я льготы получу на оплату квартиры? – рассуждал Вадим, убеждая мать в необходимости оформить жене прописку, – семья должна жить на одной площади. Ее родители прописывали же меня в своем доме. Да и потом, это же временно.
– Ну и что, ты у меня честный мальчик, им бояться было нечего, – не успокаивалась Антонина Антиповна.
– А тебе чего бояться? – спросил Вадим, косо поглядывая на мать.
– Я эту трехкомнатную квартиру потом и кровью заработала, сынок, – многозначительно возразила Антонина Антиповна.
Они говорили тихо, почти шепотом прикрыв за собой дверь.
– О, ты уже вернулась? – услышав в коридоре шорохи, растерянно, выйдя из кухни спросил Вадим.
– Да, – теребя свежую газету в руках, не глядя ему в глаза сказала Лина, – Вадим нам нужно поговорить.
Она сняла обувь и решительно пошла в комнату.
– Я не знаю, как ты это будешь делать, но нам срочно нужно место в детском саду.
– Где я его возьму? – даже с претензией отреагировал тот.
– Послушай, у него было место в саду и была у меня работа, но я приехала сюда за тобой, так, как ты того хотел. Как любит повторять твоя мама – ты жена офицера, ты должна. Мы уже несколько месяцев здесь, а ты до сих пор ничего не решил с садом. Напряги инспекторов, кто отвечает за этот объект, подними свои связи, дай взятку заведующей, наконец, – решительно поставила точку в разговоре Лина.
– А с работой что? Ты обещал меня в часть устроить? Я же не могу бесконечно дома сидеть, мне на работу нужно.
– В части вакансий свободных нет, – пояснил Вадим.
– Вообще нет? Или для меня нет? Ты же не простой пожарный, а главный инженер, – практически второй человек в части.
– Плохая примета мужу и жене работать вместе, – констатировал Вадим.
– Но другие-то работают. Ничего страшного в этом нет, – с негодованием парировала Лина, – мои родители почти всю жизнь работали в одной организации. Папа генеральным директором, а мама простым диспетчером…
Прервал разговор стук в дверь. Не дожидаясь ответа, Антонина Антиповна приоткрыла дверь в их комнату и заискивающе глядя на сына: – Вадик, вы кушать-то будете?
Лина проигнорировала свекровь, всем своим видом показывая ей, что ее появление сейчас некстати. И не меняя решительного тона заявила, глядя на мужа в упор: – Срок тебе максимум 10 дней. В противном случае мы уедем.
Через неделю Лина, смахивая слезу стояла перед окном детского сада. Махала сыну рукой и отправляла воздушные поцелуйчики. Наконец, когда сын в саду, у Лины появилось возможность заняться своими делами. Она развернула свежую газету на странице вакансии. Глазами пробежала по объявлениям.
– То, что нужно, – про себя отметила Лина, заходя на кухню с газетой в руках, где Антонина Антиповна собиралась что-то готовить.
Лина не могла отделаться от чувства, что Антонина Антиповна поджидала ее.
