И вот ступеньки! Она спотыкнулась на них, чуть не упав лицом вниз, когда её сандалии соскочили и пальцы её ног ударились о бетон. Ой, но она сможет вылечить их позже. Она была так близка, так близка к этому нечёткому присутствию пустого, что её сердце сочилось ещё большей радостью и болью, чем при каком-либо ещё беге. Она достигла дома и начала шарить в сумке в поисках ключа, чуть не плача, когда он убегал от её загребущих пальцев. Но затем она нашла его. Ключ был в замке. Замок с кликом отворился. Дверь в квартиру открылась, и Орихиме кинулась в гэнкан, рухнув на руки и колени, даже не сняв обувь.
Пусто. Пусто. В гостиной было пусто. Она скривилась, тяжело дыша, потея, уверенная, что вскоре её вырвет или она отключится. Она упустила его? Он пришёл, увидел, что здесь никого нет и решил…
Отдалённый звук открывшейся сеточной двери заставил её подорваться с места. Её дыхание ещё не вернулось к нормальному. Её сердце бешено билось в грудной клетке. Ей удалось встать на свои зудящие, опухшие ноги и сделать пару неустойчивых шагов в сторону спальни.
Но затем всё поплыло перед глазами и у краёв замигали чёрные точки. Квартира накренилась, и она не поняла, что её снова начало притягивать к полу, пока не упала в пару сильных надёжных рук. Её тяжёлое дыхание странно звучало и исказилось на пару секунд, и в ушах гудело из-за дикого марш-броска до дома, но ей было плевать. Она улыбалась, хоть и сама этого не понимала. Это было слишком. Она израсходовала всю свою энергию, но всё равно готова была кричать, если бы у неё хватало дыхания на это.
Она открыла глаза, и вот он где.
Целый. Живой. Настоящий. Эти зелёные глаза, которые могли быть открытыми окнами или непроницаемыми стенами, смотрели на неё с неприкрытым беспокойством. Чёрные волосы — он всё-таки их подстриг — по ним она так хотела провести пальцами, как во множестве снов, которые она помнила лишь наполовину. Извечный хмурый вид, расслаблявшийся только в её присутствии.
Но что-то было иным, что-то пропало, это… Она потянулась и дотронулась до его щеки, пробегаясь пальцами по бледной коже, которая больше не была разделена бесконечными слезами. Их не было. Он больше не плакал. Как это возможно?
А… Он нашёл то, что искал, да? Она могла сказать это, лишь взглянув на него.
Мог ли он сказать, лишь глядя на неё, к осознанию чего она пришла в его отсутствие?
Когда её лёгкие перестали изнывать от боли, ей удалось выудить из себя единственные всеохватывающие слова, которые смог выдать её мозг.
— Добро пожаловать домой, — рука Улькиорры накрыла её, держа её осторожно, когда он повернул голову и поцеловал пульсирующее запястье.
— Я вернулся, — сказал он.
Новая глава их жизни началась.
========== Знаки ==========
Орихиме сидела, ёрзая на диване; её нервы были натянуты так сильно, что она была уверена, что сейчас выскочит, как пуля, и отрекошетит от стен гостиной в любую секунду. Её измученные ступни были вылечены, но ноги до сих пор сводила судорога, поэтому она оставила их в покое. На другом конце дивана Улькиорра одарял её своим запатентованным непостижимым взглядом. Урахара оставил его на балконе вместе со всеми вещами, которые он привёз из их поездки, и теперь они были сложены в кучу рядом с диваном.
Больше они ничего не говорили. Когда Орихиме более или менее оправилась от полуобморока и могла стоять самостоятельно на своих зудящих ногах, она подняла голову на обычную высоту, необходимую, чтобы посмотреть Улькиорре в глаза, однако же она пристально смотрела на его рот. Орихиме моргнула, подняла голову ещё чуть выше и затем резко вскрикнула:
— Ты подрос! — так пронзительно, что человеческие уши с трудом могли услышать.
— Да, — сказал он довольно, — если этому телу было чуть больше двадцати, когда я пришёл в этот мир, то у меня есть ещё пара лет, чтобы подрасти.
Только это и было сказано, ну помимо того, что она пригласила его сесть. Теперь он осматривал её своим исследующим взглядом, и она была встревоженной и радостной и хотела услышать всё и рассказать ему всё, но не знала, с чего начать. К счастью, Улькиорра нарушил тишину, избавляя её от выбора.
— Я пытаюсь понять, разговариваешь ты со мной или нет, — Орихиме поборола улыбку. Она скрестила руки и накинула на себя безразличный вид.
— Ты принёс мне подарки?
— Возможно, — ответил он низким и интригующим голосом, и Орихиме тут же покраснела. Что это с ней? Точно, она любила его. Он смотрел на неё чуть дольше, и она попыталась изо всех сил не почувствовать неуверенность. На что он смотрел? Её блузка была влажной из-за пота на груди или же… Господи, неужели? Когда он отвернулся, чтобы достать с пола порядочного размера коробку, она дёрнула свою блузку и осмотрела её на предмет наличия отвратительных тёмных пятен. Нет, всё в порядке.
Улькиорра поставил коробку на диван между ними и отвернул козырьки. Орихиме осторожно поправила блузку, пытаясь не выглядеть воодушевлённой.
— Если тебя не удовлетворит ни один из них, тебе не разрешено наказывать меня за попытку.
